Перезнакомившись друг с другом, постояв перед «стенгазетой» и посидев не единожды за праздничными столами, а ещё вдоволь налюбовавшись на работу Гнатовых и, что удивительно, Звоновых, все правители не сказать, чтоб обзавидовались, но оказались под очень сильным впечатлением. И принятые решения не поворачивать мечи, копья и стрелы в сторону Чародея в них только укрепились. Трудно было планировать какое-то нападение или иную каверзу для того, кто пригласил на свадьбу сына ангела Господнего, который явил десяткам тысяч чудо: снег летом, тоже, кстати, обещанный Всеславом, пусть и в шутку, вроде бы. Сомнителен был успех злонамеренных начинаний против того, у кого воры и разбойники сами взялись беречь мир и порядок во время народных гуляний, и нескольким своим коллегам, что не смогли пройти мимо чужих кошелей, переломали прилюдно все пальцы. Повинившись за них перед великим князем и обществом. Вернув украденное владельцам. И северяне, и южане смотрели на это диво примерно так же, как и на полёт белых крыл над Днепром. Криминальные элементы давно и вполне успешно организованно работали и у скандинавов, и у югославов. Властители боролись с ними в меру сил, рубя руки и головы, вешая и сажая на колы. Но ни у кого не вышло сделать и близко ничего похожего на то, что творилось в землях русов. Руководители разведок, прибывшие под видом совершенно разных людей, докладывали своим правителям в один голос: умышлять зла против великого князя, его семьи и его дружины никто из местных не станет ни в здравом уме, ни набравшись «всеславовки» по нижнюю губу. И это было поистине невероятно.
Ставр и Гнат, докладывавшие Всеславу об этих тайных встречах и рассказах, надувались от гордости так, что становились меньше видны чёрные круги под их красными глазами. Вот уж кому праздник был не в праздник. У этих двоих, и у каждого из тех, кто работал под их началом, не было ни времени, ни возможности, ни желания отдохнуть с размахом, широко, как многие гости и родня молодых. Их суровая, но важная и нужная работа шла и днём, и ночью.
— Гнатка, ну чего, когда уже? — спросил Всеслав утром, приняв от Домны всегдашний жбан ледяной воды после разминки-тренировки теми же привычными сырыми дубовыми досками, с какой обычно начинал день, когда ничего не мешало.
— Да хоть сегодня, Слав, — отозвался воевода, уже умывшись, утеревшись и привычно шлёпнув по заднице привычно же весело взвизгнувшую блондинку из взвода зав.столовой.
— Ты ж говорил, лодейщики отплывать хотели на днях? — удивился князь.
— Мало ли, чего они там хотели! — отмахнулся Рысь. — Представляешь, совершенно случайно встретили земляков и зашли отметить встречу в корчме.
