— В столице находился личный враг Виолетты, и она отказалась играть в «подождем армию». Это ее слова. Поэтому мы изменили маршрут. Девушка оказалась права, возможности зайти в город, не сравняв его с землей… Пришлось действовать по ситуации. Михайлов — вот, кто стоит за всеми экспериментами и попыткой смены власти.
— Что? — удивился Долгоруков."
"— Магические бомбы не позволили бы нам взять столицу, поэтому я проник внутрь. Уговаривая и обещая любую награду Виолетте, использовал ее… — сделал паузу. — Своей мощью она уничтожила всех измененных магов, а потом подавила сознание всего населения.
— Солнцев, наглец! — хлопнул по столу Трутень.
— Перестаньте, генерал, — тяжело выдохнул принц. — Борис Иванович прав. Город цел, люди — тоже, враг убит, турки сбежали.
— Ваше высочество! — вскочил Долгоруков. — Но он присвоил вашу победу себе.
— Пусть, — опустил голову принц. — Для меня главное — целостность страны и люди. Это я получил. А чьими руками — неважно! Еще и другому государству утерли нос. Я доволен, — пытался себя убедить Марк-Вильям.
Повисло молчание. Внутренне я улыбался. Первая часть плана сработала, осталась вторая.
Трутень поднялся, за ним последовал принц.
— Я понял тебя, отец. Да, конечно, — сухо произнес наследник престола, а потом перевел на меня взгляд. — С сего момента Борис Иванович Солнцев — князь Русской империи. Его род получает также титул. Помимо прочего, ему присваивается звание… Кх-кхм… Генерал-майор. Отныне вы часть императорского рода, пусть и не по крови.
Как только закончил передавать указ Его Величества Марк-Вильям, Долгоруков упал в обморок, стукнувшись головой об пол. Я сдержал улыбку. Не знаю, в чем твоя проблема, мужик, почему ты вдруг взъелся на меня, но ты сам виноват… Я сюда даже идти не хотел, а ты использовал мою клятву крови.
Долгорукова приводили в чувства, пока Трутень смотрел на меня. Уверен, что Весемир даже представить себе такого не мог, когда только со мной познакомился. В моем «успехе» он тоже виноват. Пытался удержать, когда я планировал пойти другим путем.
Марк-Вильям подошел ко мне и посмотрел в глаза. Лицо уставшее, даже оброс за это время.
