– Но если вы правы, то, уничтожив Т-конус, К-мигранты тем самым подписали бы Системе смертный приговор?

– Не стоит упрекать их в столь тяжком грехе. Они не знали, что Конструктор проявится раньше и что БВ сохранит вектор движения. Ясновидящих такого класса среди них нет.

В молчании добрались до причального отсека. Грехов задержался у люка выхода к своему коггу, прищурясь, оглядел массивную фигуру комиссара.

– Вас что-то мучает, Аристарх. Что именно? Судьба Берестова или что-то еще?

Железовский не удивился прозорливости проконсула, сказал тяжело:

– Да, судьба Ратибора.

– А если я скажу: не знаю?

– Я не поверю.

Грехов повернулся, открыл люк и сказал, не оборачиваясь:

– Я не знаю. – И добавил уже из отсека: – Но надеюсь.

– На что?

– На то, что он вернется…"