Не дошли метров пять, и дверь распахнулась, оттуда высыпали шестиклашки, горластые, как стая скворцов. Значит, их все-таки задержали! На душе полегчало от мысли, что брат не сбежал домой, не смалодушничал.

А вот и Боря идет — голова опущена, подошвы шаркают по полу. Увидев меня, он зашагал быстрее. Подошел, расправил плечи и отчеканил:

— Я клянусь, что родителям ничего не скажу.

Илья ткнул пальцем ему в грудь.

— Заметь, при свидетеле поклялся.

— Так где вы с Наташей живете? — спросил Борис.

— У бабы Эльзы в Васильевке.

Вот так и Илья узнал.

В нежном возрасте нас бабушкой пугали — что-де заберет злая старушенция, на цепь посадит, заставит за свиньями убирать, потому Боря оцепенел и выдохнул:

— Так она ж… Яга!

— Ну вот от Яги тебе курточка. Нас обманули, брат. Бабушка — классная. Мать сейчас дома?

— На огороде, — поник Боря.

— Так что, вещи вынесешь? Потом скажешь, что ничего не знаешь, я ведь мог и сам прийти, ключ-то у меня есть.

Хотя… Зачем я бегаю? Может, стоит забрать вещи, а потом поговорить с матерью? Мы ведь никогда не разговаривали по душам, каждый был сам по себе и выживал, как мог. Потому казалось, что у нее нет души. Она не человек даже, функция, орущий придаток к отцу.

Я хлопнул брата по плечу.

— Ладно, идем вместе.

Брат выдохнул, и мы пошли домой, Илья изъявил желание помочь и подстраховать, вдруг что случится. На выходе из школьного двора кучковались личинки гопников: курили, гоготали, пускали по рукам бутылку с мутной жидкостью. Илья напрягся. Борис втянул голову в плечи и попятился за мою спину. Вот и пришло время проверить, сделал ли Руся то, что я ему приказал.

На всякий случай я сунул руку в карман жилета, продел пальцы в вентиль крана и, поравнявшись с ними, крикнул:

— Вечер в хату, мужики!

Четыре лысые башки на тонких шейках повернулись в мою сторону.

— Часик в радость! — щербато улыбнулся мой старый знакомец Каюк, которого я как-то спас от кондукторши.

Стоящий рядом с ним длинный и тощий гопник дернул его за рукав и набычился, проворчал:

— Че надо?

— Да ниче. Че бы не поздороваться с реальными пацанами, — пожал плечами я. — Все ж в одном селе живем. Невежливо как-то.

Гопники переглянулись. Сейчас и выяснится, ломать мне ногу Русе или нет. На самом деле, в нашем поселке не так уж все и страшно. Были места, где с юных лет дети жили по зоновским законам, годами создавалась разветвленная иерархическая система, победить которую можно было, только перебив всех. Вот если бы Руся был вхож в такую систему, мне стоило бы либо готовиться к смерти, либо переезжать. Здесь же обитала шантрапа обыкновенная, ненужные дети алкоголиков, объединяющиеся не в ОПГ, а скорее в кружки по интересам «Клеепоклонники» и «Отжиматели копеек у лохов».