Вообще глупо было со мной связываться, но это ты скоро и сам поймешь.

Серые глаза все темнели, а лицо было злое, когда офигей стужевский продолжился:

– И в джакузи жалеть тебя не стоило.

Тоже мне, жалостливый нашелся.

Но тут случилось нечто – Стужев вдруг обнял одной рукой, не выпуская жезла, второй взял за подбородок, наклонился надо мной и тихо простонал:

– Но, млин, Ритка, я не хотел тебя утром напугать.

Неожиданно! Совсем. И рыжая ведьма растерянно посмотрела на реально раскаивающуюся сволочь. Нас не слышал никто – армия моя все еще маршировала, ведьмы далеко были, богатырь и Гад Змеевич тоже, а Александр, склонившись к самым моим губам, продолжил:

– Просто утро, ты такая сладкая девочка и… я же спать не мог, после того, как сам тебя раздевал… И я бы сдержался, но ты… ты зараза рыжая, Ритка! Ты же доводишь! Меня за две прошедшие жизни никто так не бесил, Маргош.

Но я не хотел тебя пугать… Точнее, тебя хотел, но не так, чтобы напугать… Хотя все равно моя будешь, и мне уже плевать на твое согласие. Мля, а на кой я вообще извиняюсь?!

Он растерянно посмотрел на меня, но у меня был не менее растерянный вид, и смотрела я на него с явным сомнением в его же умственном здоровье.

И мы стоим на болотах, и тихо так вокруг… только комары звенят где-то рядом…

– Правда, не хотел напугать или наказать этим, – полустон-поушепот, – прости.

Ушам своим не верю…

Но сдержалась и предложила:

– Давай ты мне пообещаешь, что больше приставать ко мне не будешь, и тему замнем.

Замер. С сомнением посмотрел на меня, затем жестко произнес:

– Нет.

– Нет? – переспросила шепотом. – В каком смысле «нет»?

– В смысле – буду.

– Будешь что? – Я решила докопаться до истины.

Не ответил, просто неодобрительно покачал головой и, вскинув руку вверх, начал призыв своей переноски. А я возмутилась:

– Слушай, Стужев, знаешь, как твои извинения выглядят со стороны?

– Просвети. – Ледяной тон."

"– «Ой, простите, я не хотел вас тогда грабануть, но отдайте мне снова деньги, мобильный и драгоценности!»

У некоторых снова глаз задергался, и щека дернулась, но даже не отреагировал. Он взывал к магии, и эта самая магия заструилась вокруг нас зеленым дымом. А я…

– Стужев, а к чему этот прикид и жезл?

– Исключительно для того, чтобы ведьмы держались на расстоянии, – сухо ответил Князь.

– И как, действует?

На меня соизволили взглянуть, и последовал раздраженный ответ:

– Как видишь.

Меня крепче обняли за талию, прижимая к груди. Порыв ветра, и мы начали стремительно подниматься вверх.

– Сань…

– Александр!

Да как скажешь.

– Александр, – мы покачнулись, когда под ногами возник поток воздушной дорожки, которая понесла нас над болотами, – а что со мной будет дальше, а?

Стужев отпустил и посмотрел на меня. Молча, устало и как-то… странно.