И если, не дай боги, хоть кто-нибудь узнает правду…

– Авелина?

От неожиданности я подпрыгнула на месте. Муж костяшкой указательного пальца стукнул в стекло, прося открыть створку, и я послушно распахнула ее.

– Что я должен знать о тебе?

– О чем ты?

– Для истории нашего брака необходимо знать друг о друге хоть что-нибудь, кроме имени.

– Может, войдешь в дом, и мы поговорим за ужином?

– Нужно следить за костром, – мужчина мотнул головой в сторону пламени, которое любым порывом ветра рисковало оказаться на крыше одного из ближайших домов.

– В пять лет я осталась без гувернанток, – я забралась на подоконник с ногами, пошире распахнула створку. – Когда к власти пришел профессор Ёль, то земли, ранее подаренные королем, отошли государству. Мой папа лишился всего, кроме дома и некоторых накоплений. Позже пришлось продавать мамины украшения, но те деньги спустила на новые побрякушки моя мачеха.

– Давно не стало твоей мамы?

– Через год после моего рождения. Я не знаю точной причины смерти, папа говорил, что во время родов случилось что-то с ее здоровьем, она боролась с недугом на протяжении года, но не справилась.

– Мне жаль…

– Не стоит. Я не знала мамы. Отец умер в прошлом году после ранения на охоте. Он любил выезжать в лес на неделю, а то и две, и всегда привозил то оленя, то куропаток. В тот раз он пошел на медведя… А медведь на него. Папе удалось спастись, но уже дома он лишился сознания, а в себя не пришел. Мачеха не горевала, но деньги, оставленные нам отцом, спустила на траурные наряды. Говорила, что страдать тоже нужно красиво. Даже не помню, сколько она отдала за ту вуаль с изумрудами… Определенно больше, чем у нас было. Пока я страдала в своей комнате в ситцевом черном платье, Бетрикс в шелках выбирала надгробие для своего мужа в каталоге одной из самых дорогих ритуальных контор.

Я осеклась, в очередной раз нырнув в воспоминания с головой. Если бы тогда я не была так подавлена, то, может, сумела бы сохранить дом. Хотя, что я могла сделать против воли Бетрикс? Наследство отошло ей, так как завещание отец не успел составить, а его супруга являлась прямой наследницей. Мне оставалось только ждать, когда Бетрикс сама захочет разделить деньги со мной.

– А что случилось потом? – спросил Рэймонд, когда пауза затянулась.

– Я научилась прощать и простила мачеху за то, что она появилась в жизни моего папы. Бетрикс восприняла это как мой отказ от части наследства и на радостях отправилась в круиз по Брандейскому океану. Я не видела ее два месяца, а когда она вернулась, то выяснилось, что Бетрикс помолвлена с давним врагом моего папы. Любовь у них случилась, видите ли. Спустя несколько дней я увидела письмо из коллекторского агентства, в котором говорилось, что пришел срок уплаты процентов по залогу.