Почему-то именно этот жест пошатнул Алёнкино самообладание. Что-то странно дрогнуло внутри. Если бы увидела Ивана раньше, точно бы развернулась и улизнула, пока он ее не заметил. Но поздно. Не убегать же сейчас. Ускорив шаг, подошла к нему.

— Ты чего мне голову морочишь? — с ходу огорошил ее непреклонным и даже резким тоном.

Алёна и без того растерянная, растерялась еще больше. Забыла, что хотела сказать ему. Такого его не узнавала. Строгий костюм, словно задавал тон поведению, делая Шаурина жестче. Много жестче и опаснее, что ли.

— Я не морочу, — нервно пожала плечами.

Ваня окинул ее внимательным взглядом и сбавил обороты, спрашивая чуть мягче:"

"— Что случилось? Что с тобой?

Вот этих вопросов Алёна ужасно боялась и не хотела отвечать. Как рассказать ему о том, что произошло, и не выглядеть при этом идиоткой? Никак. Ситуация идиотская в любом случае.

— С сестрой повздорила.

— Ого… — вполголоса протянул он, — какие у вас нежные отношения.

— Угу, родственников, как Родину, не выбирают.

— Ну-ка, давай, — он вдруг открыл дверцу со стороны пассажира и подтолкнул Алёнку к машине, — поехали.

— Куда? — обернулась, пытаясь сопротивляться.

— Со мной, — надавил ей на затылок и затолкал в салон.

— Куда? — вспыхнула возмущением.

— Тихо, — захлопнул дверцу и посмотрел строго. — Сиди тихо, — приказал, словно был уверен, что пока будет обходить машину, чтобы сесть за руль, она выскочит и убежит. В общем, Алёна мечтала так и поступить, только не решилась. Осталась сидеть на месте, хоть и вдохновения от появления Шаурина совсем не испытывала. Расстроилась еще больше.

Ваня тронул машину, а потом набрал чей-то номер.

— Мама, ты дома?.. Прекрасно. Я сейчас заеду, — убрал телефон в карман пиджака и посмотрел на Алёну: — Учти, у меня семейка не совсем нормальная, но добрая.

— Мы что – к твоим родителям едем? — опешила она.

— Да.

— Ты спятил?

— Нет.

— Я не поеду к твоим родителям, — сказала жестко.

— Ты уже едешь.

— Я никуда с тобой не поеду! Останови машину!

— Не остановлю. Если хочешь, на ходу прыгай.

— Я сейчас тебе устрою скандал. Истерику. Хочешь? — пригрозила запальчиво, а он в ответ послал ей довольную улыбку.

— Хочу. Обожаю истеричек. Это мой любимый женский типаж. Вы такие интересные, у вас столько проблем.

— А ты любишь их решать и решать… — проговорила с неприкрытым сарказмом.

— Зачем же? — ухмыльнулся он. — Я люблю проблем добавлять. Так что давай – исполняй.

— Я не истеричка.

— Разумеется, — снова улыбнулся, не глядя на нее. — Ты же само совершенство. Сейчас возьмешь себя в руки и понравишься моей маме.

— Я не собираюсь нравиться твоей маме!

— Зря.

Алёна сжала кулаки и рыкнула:

— Шаурин, черт тебя подери!

Он довольно засмеялся, чуть откинув голову.

— Где моя подушка? — простонала, закрыв лицо руками.