- Что-то с Эльманом?! – прошептала я, сбавляя тон.
- Ты разве не слышала, что говорили по телевизору? Эмин впервые так близко к нам.
- Что ты такое говоришь? Он почти никогда не покидает Волгоград.
Сердце екнуло.
Напряжение внутри салона возросло до немыслимых размеров. Интересно, генеральный тоже чувствует это? А если нет, то отчего тогда он не сводит с меня столь знакомого, будто родного – прожигающего - взгляда?
- Эмин прибыл в Калининград, Диана. Так по новостям сказали: встреча у них сегодня – у бандитов этих!
Глава 4
- Диана, вы меня заинтересовали. Мирон всегда умел разглядеть потенциал.
Я вздрагиваю.
Совсем забывая о том, с кем я нахожусь в машине.
В моих руках сотовый – я сжимаю его так сильно, что костяшки белеют. И в этот момент мои пальцы накрывает смуглая ладонь.
Ничего не осталось незамеченным. От прикосновения генерального становится только хуже, хочется одернуть руку и выйти из машины, но Хаммер несется на большой скорости и едва ли мне позволят сойти.
Я знаю таких людей, как он.
Прекрасно знаю.
- Все хорошо, Диана?
Я открываю рот, пытаясь дышать как можно глубже, а не урывками. Только в душе все равно полный раздрай и ощущение такое, что все катится к чертям.
Моя размеренная жизнь.
Почти восстановленное душевное равновесие.
И что сама я иду в пропасть, из которой сбежала четыре года назад.
Спустя время мне удается прийти в себя. Только смуглая ладонь тяжело давит не только на пальцы, но и на душу.
Не хочу, чтобы меня касался другой мужчина.
- Вы преувеличиваете мои заслуги, Дамир Ахмедович. Я только учусь, а вот мои коллеги не просто дипломированные специалисты – они имеют куда больший опыт, - я осторожно вытягиваю ладонь из-под сильной руки.
- Вы не правы, - нахмурился генеральный, - я искал новый, чистый глоток воздуха. Свежего воздуха – который бывает лишь весной в начале марта. И я вас нашел, Диана.
Я бледнею, не в силах справиться с волнением. И отворачиваюсь, лишь бы его взгляд не прожигал мое лицо так сильно.
Внимание мужчины действует на меня не совсем благотворно.
Я не хочу нравиться другим. Не хочу ничьего внимания, оно пугает меня.
- Сколько вам осталось учиться?
- Один год, Дамир Ахмедович.
Генеральный кивает своим мыслям.
- Называйте меня просто Дамир. Неуютно чувствовать себя стариком на фоне столь юной девушки.
Я не хотела называть его просто Дамиром. Сужать рамки, в которых мы стали заточены, было страшно. Знал бы этот мужчина, что у меня есть трехлетний ребенок, разговор был бы совсем иным.
Но Эльман - лишь моя тайна. Тайна, спрятанная за семью печатями.
Оставшееся время до Калининграда мы посвятили работе.
- Вы построили очень большой дом. Но к заказу мне предоставили информацию, что вы планируете жить в нем один.
- Это правда. У меня нет семьи, - мягко перебивает Дамир.
