27
0– Пусть Олеф забирает и молодых неженатых придворных в придачу!
- Но, ваше величество…
- Только представьте! Столько не занятых рук! Рук, которым будет очень невредно поработать! И, кстати, я вдвое сокращаю довольствие молодого человека в случае, если тот не женат. И увеличиваю в полтора раза после свадьбы.
- А как поступить, - нахмурилась королева, – если девушка не хочет замуж. Или не встретила любимого. Что делать с деньгами?
- Организуйте таким образом, чтобы она не спустила капитал на шпильки и наряды! Хочет учиться – пожалуйста!
Королева кивнула.
- Всего этого не было бы, если бы вы не пренебрегали своими обязанностями королевского секретаря, - перевел король недовольный взгляд на Скалигерри.
- Простите, ваше величество.
- Думаю, вы недостаточно хорошо справляетесь со своими обязанностями. И поэтому я перевожу вас на другую должность.
- Как прикажет его величество.
- Должность Верховного судьи.
Все замерли. Даже принц и Дария отвлеклись друг от друга. Верховный судья! С того момента, как погиб отец герцога, эта должность была не занята. С одной стороны, король никому настолько не доверял, с другой – ни у одного человека в королевстве не было такого веса.
До сегодняшнего утра.
Герцог Скалигерри не знал, что сказать. Глаза предательски защипало. Хелен тихонько сжала его пальцы под столом.
- Но теперь у меня вакантна должность личного секретаря, - король посмотрел на принца.
Патрик подавился корзиночкой с икрой.
- Но…
- Может быть, ваше величество, я подберу кого-нибудь из секретариата? – герцог Скалигерри поклонился.
- А я попрошусь в заместители к Верховному судье? – вдруг тихо проговорил принц.
Король кивнул.
…
- Надо вернуть свой цвет. Пора повзрослеть, - Хелен обняла сестру.
- Как скажет Хелен, - улыбнулась Дария стилисту.
- Прекрасно! Я не нужен? Могу идти?
- Айк, что с вами? – Хелен растерялась.
Они втроем стояли в покоях невесты принца. До бала оставалось всего несколько часов, а вопрос что делать с волосами Дарии до сих пор был не решен. Хелен считала, что сестре необходимо вернуть свой цвет. Самой Дарии, как выяснилось, было абсолютно все равно, но Айк… Айк настаивал на фиолетовом!
- Я работаю, как считаю нужным либо не работаю вообще. Можете жаловаться на меня его величеству, ее величеству – как вам угодно! Я…
- Айк, простите нас! – Хелен бросилась на шею этому странному человеку, чьи волосы в этот раз пылали малиновым, а дым из трубки пах клубничным вареньем.
- Вы раскаиваетесь, Хелен?
- Очень!
- Правда? – стилист прищурился, выпустил клубничный дым и сложил руки на груди.
- Правда-правда!
- И я! – Хелен и Дария поцеловали затянутого в алую блестящую лайкру королевского портного с двух сторон.
- Тем более Патрику нравится фиолетовый цвет, - Дарька виновато покосилась на сестру.
- Ладно.
