— Мать, перестань, — приструнил ее дядя Миша, который в этот момент вытаскивал из багажника сумки, коробки и пакеты. – Мы с тобой, о чем договаривались перед дорогой?

— Так я ж не плачу, я так, от счастья же, — увожу женщину подальше от мужчин, по пути показывая, где что находится. – Машину вторую не забудьте загнать, а то так на улице и останется.

Я удивленно посмотрела на нее, вторую машину? Зачем?

— Игнат сказал, что ездит здесь за рулем, вот и попросил машину пригнать, — Надежда Анатольевна как будто прочитала мои мысли. – Может хочет куда-то съездить, ну рассказывай, как он тут, не киснет? Я так за него переживаю, так волнуюсь, как же он теперь будет…

— Все у него будет хорошо, с депрессии вышел, лекарства все закончили, рана зажила, теперь через пару недель поедем на протезирование, с врачом уже договорились, мерку еще в госпитале сняли, теперь примерка и реабилитация.

— Ну слава богу, в себя пришел…он у меня боец, он справится, просто у нас у всех шок.

— Главное, что он жив остался, сейчас важно вам, Надежда Анатольевна не раскисать, ему силы нужны и сильные люди рядом, понимаете? – пытаюсь вразумить женщину, пока она снова слезы тут не развела, я только его успокоила и заставила поверить в свои силы и в то, что все будет хорошо.

— Хорошо, Юленька, я буду держать себя в руках, спасибо тебе, ты настоящий врач, ты сотворила чудо, — она схватила меня за руку и крепко пожала. – Пойдем, помоги мне разобрать сумки, я столько всего вкусного привезла вам, пальчики оближите. И еще я хочу посмотреть весь дом, здесь так чудесно!

Вообще мама у Игната такая болтушка, не соскучишься. Пока мы хозяйничали на кухне, мужчины поставили жариться коктал. Нам осталось только нарезать овощей, зелени и заправить окрошку.

Через час стол был накрыт в беседке и из коктальницы достали, пахнущую дымком, рыбу.