Я долго выбирала это белье, и когда впервые его увидела, даже не смогла поверить, что смогу его надеть. Слишком оно вызывающее. Провоцирующее.
Джинсы тоже оказываются на полу. Холодный воздух лижет ноги. Я хочу было повернуться, чтобы Рустам смог оценить меня и чтобы подколоть его, разрядив обстановку, сказав «ты просил только это. Я могу теперь выпить вина?», но неожиданно на мое горло ложится горячая ладонь. Вжимает в крепкое тело.
Шею обжигает дикий поцелуй. Потом укус. Зубы сжимают кожу до боли, клеймя, и я издаю стон.
— Рустам…
— Охеренное белье, принцесска, — рычит он мне на ухо, — надеюсь, ты помнишь где его покупала.
— Я…
Не успеваю договорить. Чувствую, как с треском рвется ткань на бедрах. Скользит между ног, задевая чувствительную точку, пронизывая напряжением моё тело, и отлетает в сторону. Ладонь жадно сжимает бедро.
— Рустам, — шепчу, — ты должен быть… нежным. Прошло всего три месяца, и…
— Нет. Я не буду нежным, — обламывает он меня, и добавляет, — внимательным буду. Больно не сделаю. Но нихрена не нежным.
Я разворачиваюсь в его руках. Прикасаюсь поцелуем к его губам, сначала нежно. Потом чуть сильнее провожу языком по контуру. Большими пальцами обвожу скулы, словно запечатлевая в себе черты его лица. Потом зарываюсь руками в его волосы, наслаждаясь ощущениями. Позволяю себе прикасаться к Рустаму так, как наверняка никто не рисковал сделать. Я знаю, что он позволит.
Он ведь мой муж. Я не просто девчонка с улицы. Даже когда была ею, я уже зацепила его, вынудила быть мягче. Отступить в некоторые моменты. Спрятать когти.
— Бля, — выдыхает мне в губы он. Мы встречаемся взглядами. В глазах Рустама пляшут отражение огоньков от свечей. В полной тьме. В которую я медленно проваливаюсь. Хочу смотреть вечно в неё, если честно, — ты из меня веревки вьешь. В курсе? Пользуешься этим.
— Мне кажется по-другому…
— Тебе только кажется. Хрен с тобой. Что там про нежность было? Лепестками засыпать? В ванну тебя окунуть? Можешь напиться, если страшно. Только близости тогда у нас не будет. Но хоть расслабишься для следующего раза.
— Нет, — мотаю я головой, — следующий раз — слишком долго. Главное — просто аккуратно. Я не уверена, что все пойдет нормально.
— Все нормально будет. Расслабься тогда. Я тебя понял.
Надеюсь. Я пытаюсь доверять ему. Черт. Если он отступил от плана «взять меня жёстко», согласился по-другому, то явно не станет плевать на мои ощущения.
Я медленно расстегиваю на нем рубашку. Провожу по сильному телу. По выдающимся мышцам и темной тату на груди. Которую я когда-то запомнила. Единственная примета, которая врезалась в память.
Рустам мягко толкает меня на постель. Нависает сверху, избавившись от одежды. Огромная тень ложится на моё кажущееся маленьким тело.
