Усмехнулся:
– Если вы так истомились, милейший…
– Яков. Но для вас – просто Яша, какие, к лешему, церемонии!
– Если вы так истомились, милейший Яша, зачем понадобилось весь день таскать меня по этим вашим «явкам»?"
"– Здесь, знаете ли, небезопасно, – с апломбом заявил Яша. – Да-да, у меня самые точные сведения! Вы у нас человек новый, во всех смыслах, вы и представления не имеете, как мы тут ходим по лезвию ножа… Народ кругом ненадежен, охранка свирепствует… Ну да ничего, ваше счастье, что попали на меня… Мы, анархисты, способны справиться с любой опасностью…
– Простите? – поднял бровь Сабинин. – Анархисты? Но ведь я, как бы поделикатнее выразиться, по другой епархии…
– Послушайте, но разве свет сошелся клином на этих ваших эсдеках? – воскликнул Яша. – Скучнейшая организация, начетчики, буквоеды… Меж тем анархия раскрепощает умного и энергичного человека несказанно…
– В самом деле? – поинтересовался Сабинин.
Не ощутив иронии, щеголь Яша прямо-таки воспарил над грязноватым полом. Поток слов хлынул неостановимо. Молодой анархист довольно прозрачно намекнул, что имеет самое прямое касательство к недавней киевской перестрелке с полицией и массе других революционных подвигов, потом без всякого перехода принялся живописать разветвленную и безотказную, налаженную лично им систему переброски через границу как людей, так и оружия с литературой. Если ему верить, анархисты и персонально он в этих краях были прямо-таки всемогущи, и оставалось только удивляться, отчего при этих условиях губернская жандармерия вкупе с полицией и пограничной стражей так и не совершила до сих пор акта коллективного самоубийства – от безнадежности и меланхолии…
Очень быстро Сабинин заскучал. Этот провинциальный Хлестаков разочаровал его самым жестоким образом – после двухмесячного общения с гораздо более серьезными людьми вроде Прокопия, Васи-Горыныча и полудюжины других эсдеков… Нет, в конце концов, что же происходит? Почему этот шут?
Воспользовавшись паузой, Сабинин вставил словечко:
– Скажите, Яша, а кличка у вас случайно не Рокамболь?
К некоторому его удивлению, анархист воскликнул совершенно серьезно:
– А, так вы обо мне уже слышали? Ну, ничего удивительного нет в том, что наша известность докатилась до столиц империи…
– Вынужден вас разочаровать, – сказал Сабинин. – Мне просто-напросто отчего-то показалось вдруг, что ваша кличка должна быть именно Рокамболь… Рокамболистее некуда…
– Шутки строить изволите? – ощетинился Яша.
