За ним следом лёгкой походкой практически влетел паренёк с лихо загнутой набок треуголкой на коротких соломенных волосах. Глаза юнца сверкали азартом и любовью к жизни.
Маис невольно поднялся с места и шагнул к железным ржавым прутьям камеры. Вслед за ним потянулись и друзья.
- Больше света! - звонким голосом обратился юнец к высокому парню, замершего у входа. Тот тут же вскинул руку и над его ладонью расцвёл огненный цветок.
- Колдун... - выдохнул Нойз, заворожённо глядя на незнакомцев.
- Да, и не один, - ответил ему тот самый юноша в треуголке, уголки его губ слегка приподнялись. - Доброго утра, бунтари. Не хотите ли выйти на свежий воздух? А ещё есть возможность снять оковы и обрести свободу.
Маис неверяще смотрел на этого ""кэпа"" в его загадочные карие глаза и думал: ""А в чём же подвох?"".
- Никакого подвоха нет, - словно прочитав его мысли, уже не сдерживаясь, рассмеялся странный юноша, - отоприте замок, пора наверх, мрачно здесь. Мне не нравится.
Дверь камеры открыли с помощью массивного ключа и молодые бывшие заключённые маги один за другим последовали вон из темницы. Что-то странное произошло ночью, и каждый из них наделся, что эти перемены к лучшему.
Глава 38
Интерлюдия
- Это договор найма, - сказал Пит, оглядывая молча сидевших людей."
"Их всех разделили на две половины, женщины в одном помещении, мужчины в другом. Но сейчас они все находились в общем холле и решали, как быть. Никто им не мешал, двери были плотно закрыты, поэтому бывший раб всё же надеялся, что их не подслушивают.
- Здесь довольно ясно всё написано: срок службы пять лет, прописана оплата, и она ежемесячная. Питание и одежда за счёт работодателя, - договорил он и посмотрел на молчаливых людей.
- Не хозяина? - уточнил кто-то.
- Нет. Именно работодателя. Пусто в месте, где нужно вписать вид работы, которую нужно будет выполнять.
- Вы верите этой Екатерине? - спросил Маис. - Я вообще сначала подумал, что это парень.
- Все так сначала подумали, - повернулась к нему мать Бобби, Сара, - короткие волосы ввели нас в заблуждение, но если приглядеться, то заметны слишком тонкие черты, пухлые губы, такие редко достаются мужчинам. И голосок больно звонок. - Женщина вдруг поднялась с пола, где сидела на дорогом пушистом ковре и, повысив голос, заговорила. - Я не хочу идти на Большую землю. Меня снова поймают и заберут в рабство, даже если я обвешаюсь освободительными грамотами. У меня есть только ты, Пит, - посмотрела она на своего мужа, - и Бобби. Рисковать вами больше необходимого не вижу смысла. Посмотрите на себя, - оглядела она чистые лица людей, - нам позволили умыться в горячей воде, а не только в море, или в ледяном ручье за плантациями, накормили, как никогда дальше, дали спальные места.
