Так… Что у нас есть по помещению? В этом крыле подземной части генштаба я всего второй раз. Мимо комнаты проходил, но ничего такого не чувствовал. Допустим, оборотень служит тут, но в прошлый раз был в отлучке. Пописать, например, вышел, пока я тут рассекал.

Место для шпиона хорошее: в АЗС даже точки с запятыми под грифом «Совершенно секретно». Единственный минус, что зашифровано всё, и связисты не имеют ключей к шифрам. Ими владеют офицеры из совсем закрытого отдела Армейской Службы Секретности. АСС или «асы», как называет их военный народ.

У асов я тоже ещё не был: даже помощник Ростоцкого при сержантском звании не имеет права входить к ним.

Там такие дяди серьёзные, что просто постучавшись в закрытую дверь их отдела, сразу головы лишишься, не имея кода допуска. Быть может, поэтому не могу так долго отыскать оборотней? Потому что они спрятаны от меня за семью замками?

Мои размышления прервала внезапно открывшаяся дверь АЗС.

— Сержант! — рявкнул вышедший из неё офицер с майорскими погонами и некрасивым шрамом на губе. — Что вы здесь забыли⁈ Не положено!

— Извините, господин майор, — став по стойке смирно, виновато проговорил я.

— Я тут недолго служу и слегка потерял ориентиры. Не подскажете, как пройти в отдел по снабжению магическими боеприпасами? По всему выходит, что должен быть здесь, но…

— Пропустили поворот, сержант, — смилостивился офицер. — Возвращайтесь к КПП и от него ищите сектор В. Это же сектор А, и вам тут не место.

— Премного благодарен, господин майор! — козырнув, рванул я в указанном направлении, ухмыляясь и мысленно потирая ладони.

Вот оно! Нашлося! От офицерика просто разит оборотнем! Более того, в тот момент, когда была приоткрыта магически бронированная дверь, я почувствовал настоящую ударную волну от нечеловеков.

Оборотень не один, а минимум их трое! Хватило секунды, чтобы понять это. Раньше подобной способности не испытывал. Неужели после убийства суккуба Милы во мне начали раскрываться новые таланты? Или старые обрели мощь? Неважно. Сейчас главное — результат.

— Чах, скотина такой! — мысленно завопил я. — Ты где шляешься?

— На балете, — невозмутимо ответил он слегка заплетающимся языком.

— Где⁈

— На балете. Данила, а чему ты так удивляешься? Великим наумбам не чуждо прекрасное.

"

"— Знаю я твоё «прекрасное»! Быстро колись, зачем припёрся в театр!

— Вот примитивный ты человек, Горюнов. Почему сразу о плохом думаешь? Просто сижу в буфете и наслаждаюсь искусством.

— Не понял… Ты опять бухаешь? Я же запретил тебе воровать! Особенно алкоголь!

— Чё воровать-то? — обиделся Чах. — Богема любит недопивать. Типа так более манерно выглядит. Оставшиеся в бокалах напитки считаются ничейными. Так что воровства с моей стороны никакого — всё равно ж выльют в мойку.

— Ясно.