Ступеньки из белого мрамора зовут вверх на второй этаж, изведать неизведанное, но внимание привлекает распахнутые двери из темного дерева. Прохожу дальше и вот я уже стою посередине главной залы, не потерявшей свое величие, провожу рукой по стене красный атлас или шелк, не могу понять с мелким узором вышитый золотой ниткой, ткань приятная на ощупь и как будто отдает теплом, через заколоченные окна в щели струится теплое, летнее солнце. Закрываю глаза и начинаю кружиться по залу.

Это что-то нереальное! Я слышу музыку, она звучит то ли внутри меня, то ли снаружи. Не понимаю! Не могу разобрать, но в тоже время и танцевать тоже не могу прекратить! Это тот самый вальс, что так часто включала бабушка, на старинном граммофоне! Родители позже купили ей новый проигрыватель и виниловые пластинки, но она продолжала заводить свой старинный, с красивым резным корпусом. Приводивший в движение механическим способом! Из которого доносился этот самый вальс, что заставлял меня кружится сейчас по залу, как в детстве на бабушкиной даче. Именно тогда, я решила, что буду как она историком! Мое ли это было желание, или нет! Но историком я все таки стала!

Музыка резко стихла, а я почувствовав головокружение, со всего размаха плюхнулась на мраморный пол, – Не хватало еще рухнуть и разбить себе что-нибудь! – промелькнула мысль в моей голове. Открыла наконец глаза, огляделась еще раз по сторонам, обнаружила, что внутри зала, как то все изменилась, что – то стало по другому, но что?!

Достав телефон из сумки я посмотрела на него сети не было, никакой! Даже намека на жизнедеятельность аппарата.

Голова еще продолжала немного кружится, а я пыталась понять, что же изменилось?! Оглядевшись еще раз, поняла, что сижу уже не на мраморном холодном полу, точнее пол то остался, но он был застелен мягким пушистым ковром в тон стен, и с таким же рисунком вышитым золотом по краям. Зажмурила глаза и потерла их, может это просто глюк?! Подумала я. Мамочки, пусть это будет просто глюк! Непонятное, жуткое чувство страха шевельнулось внутри, сейчас я открою глаза и в углах опять появится паутина, а на полу пыль, но открыв, я увидела только солнце, что пробивалось через занавески и освещало залу целиком.