Убедиться, что преступников из них меньшинство. В послевоенный СССР опять Донбасс ну никак не лидер криминального мира: нет тут общесоюзных влиятельных группировок, самые резонансные преступления происходят не у нас.
Внесу некоторую ясность по поводу криминального мира.
Рабочий завода выпил лишнего и набил морду своему собутыльнику, сломал нос и получил за это 5 лет (тяжкие телесные). Бухие подростки угнали у соседа из сарая мопед и получили 3 года (кража с проникновением). Муж убил жену за измену — 10 лет. Если расчленял тело, был пьяный и т. д. — твёрдые 15 лет. Под впечатлением от фильма «Фантомас» молодёжь начала кого-то грабить. Таких случайных людей в зоне большинство. Можно приводить массу примеров преступлений, и все они не будут иметь отношения к профессиональному криминальному миру, т. е. тем людям, которые сделали преступления своим образом жизни. Обычный работяга, попадая в тюрьму, мечтает только об одном: поскорее выйти, вернуться на свой завод и забыть всё это как страшный сон. Назвать этого человека уголовником — это всё равно, что назвать отслужившего срочку парня профессиональным военным. Каста преступников в СССР была представлена Ворами. Все те, кто имел отношения к воровскому миру, должны были придерживаться определённых правил — «понятий». С 70-х годов выходцы с Кавказа составляют большинство Воров. Там даже дети ходят решать свои споры к Ворам. В Грузии они в каждом дворе (до Саакашвили). Если открыть список всех известных Воров, то жителей Донбасса там совсем немного.
К распаду Союза Донбасс был обычным промышленным регионом с обычным для такого региона криминалом. Например, в Казани в начале 70-х возникает чисто мафиозная группировка «Тяп-Ляп», начинается знаменитый «Казанский феномен». Первое в СССР доказанное заказное убийство в 1974 г. (в Донецке аж в 1992 г.). Появляется своя, отличная от воровской, преступная субкультура. На Донбассе ничего подобного не происходило. Наш регион не создал особой криминальной субкультуры как, например, Одесса, Кавказ и Казань. Уголовные понятия среди обычных людей не были популяризированы как в других регионах. На Донбассе считалось круто отслужить в армии, устроиться на хороший участок на шахте, отрастить усы и завести семью. Можно сказать, что на бродяг у нас смотрели как на каких-нибудь неформалов. Только опасных.
Криминальные группировки 90-х на Донбассе — это не плод многовековых традиций, просто у нас к началу Эпохи Великого Передела было что делить. В Крыму, например, действовали не менее кровавые ОПГ «Сэйлем» и «Башмаки», но это не значит, что в крымчане имеют древние уголовные корни.
