А вот то, что оставалось после чая, вполне подходило для гаданий. Я стукнула пальцем по дну чашки Ольганы, чтобы гуща осела, и сделала вид, что внимательно изучаю коричневые разводы.
– Дети, – уверенно определила я, тыча в пятно, напоминающее клубок червей. – Как минимум трое. За один раз.
Ольгана неприлично икнула, шлепнув ладонью по груди, отчего её брошь съехала набок. В глазах появился страх, будто я объявила ей смертный приговор.
– А одним никак обойтись не получится? – спросила она неуверенно, теребя кружевной воротник, от которого остались красные полосы на шее.
Я только плечами пожала, передавая чашку обратно.
– Это к богам. На худой случай – к дортиям. А я говорю то, что вижу. Следующая.
Зерина робко подала мне свою чашку, держа её за край, словно боялась запачкать перчатки. Внутри засохшие липкие комки образовали нечто вроде горы.
– Вижу деньги. Много денег. Появятся до конца года. Вот только и желающих на них будет прилично. Вся родня соберется, чтобы урвать хотя бы по монетке.
По лицу Зерины я поняла, что родня останется на бобах, даже самая близкая – она резко одернула рукав, будто уже отбивалась от назойливых родственников.
Адита тряслась, подавая мне свою чашку с трещиной у ручки. Её ноготь, покрытый лаком цвета крови, дрожал, царапая фарфор.
– Из дома уедешь. Куда – не скажу. Не вижу. Но насовсем.
Адита вздохнула, почему-то с надеждой, быстро схватив со стола веер и начав им махать так активно, что сдула крошки с тарелки. Похоже, я попала в цель, хоть и болтала все, что в голову взбредет.
Затем мы решили поиграть в азартные игры. Ольгана, всё ещё бледная, достала из складок платья колоду карт с позолотой по краям – видимо, припасла на случай скуки. Зерина недоверчиво щупала карты, проверяя, не крапленые ли, а Адита тем временем стаскивала со стола чайник, чтобы освободить место для ставок.
Игра началась с того, что Ольгана смахнула крошки со стола и разложила колоду. Карты были необычные – вместо привычных мастей на них красовались драконьи символы: огненные когти, водяные чешуи, земляные клыки и воздушные перья. Зерина тут же заподозрила подвох, перебирая каждую карту и поднося к глазам, будто пыталась разглядеть метки. Адита тем временем сняла с пальца кольцо с сапфиром и бросила его в центр стола – ""для настроения"".
Мне пришлось поставить старый серебряный подсвечник, который валялся на камине. Ричард как-то говорил, что он ""исторический"", но сейчас он скорее напоминал кривую палку с налипшим воском.
Первые раунды прошли вяло. Драконицы сбрасывали карты с таким видом, будто раздавали милостыню. Ольгана, нервно постукивая ногтями по столу, раз за разом собирала комбинации из земляных клыков, ворча, что ""игра для простонародья"".
