Из моих глаз градом полились слезы, а душа выворачивалась наизнанку от той невыносимой режущей на части боли, которую я почувствовала, когда увидела, как брюнет падает на спину и больше не поднимается.

А Павел тащил меня прочь, не позволяя вернуться назад и игнорируя мои громкие крики и попытки вырваться из его рук.

Я продолжала кричать и плакать, даже когда он посадил меня в машину и приказал водителю увозить нас подальше от этого места, плакала, даже когда меня в частном самолете осматривал врач на наличие повреждений. Я успокоилась, только когда мне что-то вкололи, но внутри меня продолжал бушевать ураган, разъедающий мои внутренности.

– Мне жаль, что все так получилось, – оправдывался мой брат, сидя рядом со мной и держа меня за руку. – Мне был дан приказ спасать твою жизнь и, не смотря ни на что, его выполнил.

Да, он спас меня и я благодарна за это, но зачем мне эта жизнь, если в ней не будет Дениса?..

Эпилог

ГОД СПУСТЯ…

Облака медленно плыли по небу и скрывались за высокими деревьями городского парка, в который я любила ходить пешком из дома и часами сидеть на лавочке, слушая музыку в наушниках и вспоминать… вспоминать… вспоминать…

После той ужасной ночи прошло чуть меньше года, но я все еще иногда просыпалась в холодном поту и сорванным голосом звала Дениса.

Он по-прежнему приходил ко мне во снах, звал, тянул руки, но не прикасался. Старики говорят, что нельзя идти за покойниками, иначе самому вскоре можно умереть.

После того, как меня привезли домой, я была сама не своя – у меня от горя началась депрессия, и я едва не наложила на себя руки, как моя мать, но вовремя сумела одуматься. Со мной возились психологи, которых подсылал отец, но я лишь отмахивалась от них.

И так тошно было, еще и они в душу лезли, копаясь в моих мыслях.

На мои вопросы о том, что же все-таки случилось с Авдеевым, отец и брат твердили о том, что в той перестрелке вообще никто не выжил, так как взорвались баки с каким-то горючим. Я до последнего надеялась на то, что Денис выжил и скоро вернется ко мне, ведь его тело тогда не нашли.

Через неделю поползли слухи о случившемся, о том, что Денис пропал без вести. Мой дом днем и ночью сторожили репортеры, пытаясь разнюхать от меня хоть какую-то информацию.

Позже все узнали о том, чья я дочь и Звереву не оставалось ничего кроме как собрать вещи и увезти меня подальше от этого города вместе со своей женой и сыном, которые тоже не желали оставаться.

Мой отчим был совсем не против такого поворота событий, ссылаясь на то, что для меня так будет лучше, к тому же, пока меня не было, они с Андреем нашли общий язык и оба переживали за меня. Кирилл был расстроен не только моим отъездом, но и тем, что произошло с Денисом, хотя о подробностях почти, никто не говорил.