Он кладет мое кольцо на кухонную столешницу, а затем снова и снова бьет по нему молотком как ранее по моему телефону.
Металл корежит, крепления вокруг бриллиантов расходятся, камни рассыпаются. Тем не менее Оливер продолжает бить, пока не уничтожает кольцо полностью, превратив его в перекрученный кусок металла, а главный камень не откатывается в сторону.
Видеть уничтоженное кольцо больнее, чем я ожидала.
Но еще сильнее меня беспокоит то, что молоток откалывает огромные куски столешницы. Оливеру плевать на ущерб, который он наносит. Учитывая, как трепетно он относится к этому дому, ничего хорошего это не сулит.
Ярость, с которой мужчина размахивает молотком, пугает меня. Его глаза блестят, лицо раскраснелось. Он весь в поту, на груди, спине и подмышках его футболки проступают темные пятна. Оливер бьет по кольцу не меньше сотни раз.
Наконец, он останавливается и, тяжело дыша, смотрит на меня. Все еще сжимая молоток.
Оливер делает шаг ко мне, и я отступаю, мое сердце бешено стучит.
Кажется, он реально сходит с ума.
Оливер, которого я знала раньше, казался достаточно славным парнем. Порой слегка поверхностным. Порой слегка навязчивым. Но в целом нормальным, лишь с небольшими перегибами.
Теперь же все наоборот – кажется, мужчина балансирует на грани безумия, на волоске от бездны. Но что это за волосок? Этот дом? Его привязанность ко мне? Или это лишь иллюзия спокойствия – хрупкая и легко разрушаемая?
Оливер делает еще один шаг, и только теперь, похоже, вспоминает, что держит в руках молоток. Он кладет его на барную стойку и достает вместо этого телефон.
– Давай включим музыку, – говорит он.
Мужчина пролистывает свой плейлист, выбирает песню и кладет телефон на стойку.
Дребезжащий звук «Make You Feel My Love» Адель наполняет небольшую комнату.
Оливер идет ко мне. Похоже, шансов отказать ему у меня нет. Касл берет мой гипс в левую руку, другой рукой обхватывая меня за талию. Затем он раскачивает нас взад-вперед, немного сбиваясь с ритма.
Я чувствую жар, который исходит от тела мужчины. Его ладонь мокрая, она крепко держит мою. В запахе его пота ощущаются легкие металлические нотки. Не знаю, всегда ли так было или появилось только теперь.
Вопреки нашей, по всей видимости, романтической обстановке, каждый мускул моего тела напряжен, каждый нерв кричит, что я в опасности, что мне нужно убираться подальше от этого мужчины.
В этом нет ничего романтичного. Теперь я пытаюсь понять, как вообще могла встречаться с Оливером. Видимо, никогда не обращала на него должного внимания. Мне хотелось развлечься, и казалось, нам по пути. Сейчас я по-настоящему смотрю в его глаза, и мне не нравится то, что я там вижу – жажду. Обиду. И толику безумия."
"– Мы никогда не ходили вместе танцевать, – мрачно произносит Оливер.
