— Ты бы не хотела, чтобы тебя вырвало, если бы это был Нэш, а?

— К чёрту его и тебя.

— Кто-то спровоцирован.

— Чего ты хочешь, Эйден? — Я стискиваю зубы. — Если это какая-то игра между вами двумя, я не играю. Я не пешка ни на одной из ваших шахматных досок. Я королева на своей.

— Интересно. — Он полностью повернулся ко мне лицом. — Но вот в чём дело, это может быть твоей игрой.

— Моей игрой?

— Месть. Ты сказала, что заставишь его пожалеть об этом. Ты знаешь лучший способ сделать это? — Он понижает голос, чтобы Дерек не услышал. — Потерять свою девственность со мной."

"— Ты, должно быть, не в своём уме, если думаешь, что я позволю тебе прикасаться ко мне. — Я откидываю волосы назад. — Если бы мы были последними двумя людьми, оставшимися на этой планете, и наши дети были единственной надеждой человечества, я бы проголосовала за вымирание.

Губы Дерека кривятся в улыбке в зеркале заднего вида, и я улыбаюсь ему в ответ. Он понимает меня.

— К сожалению, к это взаимно. — Говорит Эйден. — Единственная хорошая вещь в тебе — это твоя способность выводить Нэша из себя.

Я складываю руки на груди.

— Почему к сожалению?

— Потому что я не смогу трахнуть тебя и победить его.

— Кто тебе сказал, что это должно произойти на самом деле? — Я ухмыляюсь. — Мы просто должны заставить его поверить, что это так.

Эйден отражает мою ухмылку, его, однако, кажется более волчьей.

— Мне нравится ход твоих мыслей, Куинс.

— Я приму это за комплимент.

— Что ты скажешь, если мы станем союзниками и раздавим его?

— Раздавим его как?

— В каком-то смысле он упадёт к твоим ногам, как щенок.

Я этого не хочу. Я только хочу, чтобы он почувствовал боль, которую причиняет мне. Я хочу причинить ему боль так же сильно, как он причиняет боль мне.

Я хочу, чтобы он смотрел в зеркало и сдерживал крики, потому что заставляет меня чувствовать себя невидимкой.

С той ночи я никогда не была для него невидимой. Но в последнее время он проходит мимо меня и здоровается в Вероникой и Саммер, но не со мной. Он улыбается им, но никогда мне.

Как будто он наказывает меня за то, чего я никогда не делала. Ладно, может быть, я сделала то же самое, но он начал это.

Или это сделала я?

Я не помню. В любом случае, он виноват. Я отказывают проигрывать ему или кому-либо ещё.

Я снова фокусируюсь на Эйдене.

— Как ты собираешься это сделать?

— Дай мне свой телефон.

— Что ты будешь с ним делать? — С подозрением спрашиваю я.

— Просто дай его.

Я разблокирую устройства и передаю Эйдену.

Он что-то печатает, потом показывает мне. Он написал Коулу с моего телефона.

Сильвер: Мы отослали папочкиного водителя и угадайте, что мы сделали?

Коул просматривает сообщение, но не отвечает.

Губы Эйдена растягиваются в ухмылке, когда он снова печатает.