— Какое безобразие! И это в лучшем ресторане города! Я напишу на них жалобу!
— Это могло случиться в любом другом ресторане, — холодно возразила ему я. — К тому же вы не знаете, по какой причине произошла смерть этого человека. Может быть, ему стало плохо с сердцем?
— В этом случае не стали бы вызывать милицию! — отрезал Караваев.
— Но ведь причина смерти еще не установлена, — пожала плечами я. — И даже если это криминал, давайте все же сохранять спокойствие и не впадать в истерику, это действительно самое разумное.
Леонид Игоревич бросил на меня удивленный взгляд.
— А вы не похожи на других женщин, — наконец проговорил он, попытавшись и в самом деле взять себя в руки и плеснув себе в стакан сока. — Большинство на вашем месте первыми ударились бы в истерику.
— Давайте не будем уподобляться большинству в негативном смысле, — чуть улыбнулась я, чтобы разрядить обстановку.
Леонид Игоревич посмотрел на меня еще более внимательно и вдруг спросил:
— Таня, я только сейчас подумал… А кто вы по профессии?
— Я? Частный детектив, — изобразив прямо-таки голливудскую улыбку, мило проговорила я, с удовольствием наблюдая, как вытягивается широкое лицо Караваева, и наколола на вилочку клубничку из печеной корзиночки.
Теперь уже лицо Караваева выглядело так, словно он узнал, что высадкой яблонь на Марсе занималась лично я. Я же не ставила цели сразить его наповал, мне это было совсем не нужно, просто меня задели его категорические утверждения насчет некомпетентности и непорядочности как всех детективов, так и всей милиции.
Леонид Игоревич, однако, ничего не успел мне ответить: где-то около двери мелькнула милицейская фуражка, потом еще одна, и совсем скоро помещение заполнили люди в форме и штатском.
Возглавлял всю эту процессию, к моему удивлению, мой давний знакомый Андрей Мельников.
«Да, дело явно не в сердечном приступе, — сразу же подумалось мне. — Все гораздо серьезней».
Дело в том, что Мельников, возглавлявший Кировский убойный отдел, недавно получил погоны подполковника, и понятно, что по всем подряд пустяковым делам не мотался.
Едва Мельников вошел в зал, как взгляд его сразу же уперся в меня — видимо, сказывался профессиональный опыт моментально вычленять знакомые лица.
Взгляд взглядом, но вслух Андрей Александрович ничего не сказал, лишь едва заметно кивнул. Я продолжала сидеть на своем месте.
