Если я принесу квасцы?

— Я все равно собираюсь покупать их на фабрике, — пожала плечами я. — Но вырастить большой кристалл — дело небыстрое.

— Какой успеется. Впрочем, мы можем и задержаться, пока дороги подсохнут, пока одно, пока другое. А то в усадьбе тебя не поймаешь: то на дереве, то на кухне, то в теплице.

— Я в любом случае задержусь, пока не удостоверюсь, что ожоги Анфисы заживают нормально. — Я улыбнулась Виктору в ответ. — Еще успею тебе надоесть."

"Из-за стола я улизнула сразу после чая, не дожидаясь, пока муж снова спросит, не сыграю ли я для него. Феня мирно спала, под лавкой, как я и велела, стоял кувшин с отваром малины. Горничные, которые тихонько шушукались, при моем появлении смолкли. Я не стала их смущать, прошла к себе. Когда Дуня показывала, куда именно положила скальпель, мне показалось, что в спальне слишком чисто. Я потрясла свежеповешенный балдахин. Так и есть. Ни следа пыли, причем выбить его, насколько я знала, никто не удосужился. Чистой оказалась и кровать, даже следов страсти не осталось. Я вспомнила, как запахло озоном, когда я огрела мужа подушкой. Снова благословенная магия? Интересный эффект. Я представила, как отлавливаю Виктора, чтобы потребовать от него исполнить супружеский долг, скажем, в бальной зале, для пущей чистоты, и захихикала.

Что ж, придется с показательно-воспитательными мерами ограничиться будуаром. Там почти ничего не изменилось.

Я постучалась в комнату к экономке.

— Аглая, я просила навести порядок в моих покоях.

— Мы навели порядок и повесили упавший балдахин, как вы и велели.

И все же в ее голосе мне почудилась неуверенность, будто она сама уже начинала понимать, что зря продолжает эту забастовку.

— Что ж, я сама виновата, — сказала я. — Без четкого ТЗ и результат ХЗ. Пойдем, я объясню тебе, что имею в виду, когда прошу навести порядок.

Я завела Аглаю в будуар. Огляделась. Солнце уже спряталось за домами, и в комнате стояли сумерки. Затянула я с воспитательными мерами, скоро не только пыли, но и мебели не разглядишь. А к свечам я так и не привыкла. Первоначальный романтический ореол, с ними связанный, давно угас, и стало очевидно, что даже дохленькая лампочка светит ярче шандала на шесть свечей. Но остатков школьного курса физики в моей голове явно не хватит, чтобы изобрести электрическое освещение. Может быть, когда-нибудь, потом. Впрочем… Я вспомнила, как с моих пальцев слетела шаровая молния, запах озона в самоочистившейся спальне. Подняла перед собой чуть согнутую ладонь, восстанавливая в памяти подсказку мужа про поток силы. Будуар озарило холодное сияние появившегося в моей ладони шарика размером с мандаринку. Я даже зажмурилась, и на внутренней стороне век поплыли темные пятна, но когда я открыла глаза, старательно глядя мимо сияющего шара, он не угас.