Кира, его единственная любовь, была той, о ком он не мог не мечтать.
* * *– Ты уверен, что я не смотрелась нелепо, когда перепутала пальцы? – Кира косо огляделась по сторонам, будто боясь, что их могли подслушать."
"Герман накрыл ее плечи ладонями и наклонился к уху, нежно шепча слова, чтобы она не беспокоилась.
– Нет, моя дорогая супруга, никто не смеялся. Разве что я улыбнулся, – коснулся губами мочки, почувствовав, как по телу девушки прокатилась крупная волна дрожи.
– Точно?
– Да, – усмехнулся, оставляя на щеке Киры новый поцелуй.
Они сидели на скамейке под раскидистым кустарником, скрываемые от гостей.
– Точно не будешь? – Кира выдохнула и посмотрела на кусок торта, от которого она уже успела съесть пару ложечек.
– Нет. – Герман покачал головой, любуясь ее тонкими розовыми губками, перемазанными кремом.
– Я не обжора, – она весело рассмеялась, не замечая, как изменилось его настроение. – Но упустить такой вкусный торт не могла. Да и еще, – она кивнула на свой лишь слегка округлившийся животик головой, – пока меня не тошнит, нужно наверстать упущенное время.
Герман расслабился. Тошнота стала частью их утреннего ритуала. Обычно Кира неслась в ванную комнату, запиралась там, а он стоял как истукан под дверью, заламывая руки.
– Тогда принести добавки? – Он лукаво подмигнул, помогая ей удерживать тарелку.
– Нет, а то еще подумают, что мы специально сбежали от них, чтобы объесться тортом, – хохотнула Кира. – Особенно мои сестры. Ты видел, какие у них были лица, когда первый кусок достался мне?
– Нет, я смотрел на твою маму. – Герман перевел взгляд на веселящихся гостей. – Она рыдала. Снова.
Кира рассмеялась, соглашаясь с ним.





