Снова перевожу взгляд на дисплей: Герман звонил три раза, вижу пропущенные от него. Телефон-то я включила, а вот звук нет.

Только тут до меня доходит, что Эми ко мне не заходила. И вообще я не слышала ничьих движений в квартире.

С трудом поднимаюсь, иду к дочери в комнату и распахиваю дверь.

На кровати дочери кокон из одеяла. Торчит только ее макушка, волосы свисают до пола.

— Эмилия, — нахожу ее плечо и толкаю аккуратно.

Со стоном она выпутывается и поднимает на меня такой же блестящий взгляд, как и у меня.

— Мамуль, — ее голос хрипит, — у меня будильник звонил, но я не смогла встать, отключила его. Можно я сегодня побуду дома? Пожалуйста?

Эми у меня никогда не врет насчет своего самочувствия, поэтому если она говорит, что ей нехорошо, значит, так и есть.

Трогаю ее лоб. Как и ожидалось, он горячий.

— Эми, кажется, мы заболели, — констатирую невесело. — Я сейчас принесу жаропонижающее.

— Хорошо, мамуль.

Нахожу в себе резерв сил и иду искать в аптечке нужные препараты. Выпиваем с Эмилией таблетки и снова расходимся по своим комнатам.

— Выходи, как только почувствуешь себя лучше, — прошу дочь.

В спальне снова залезаю под одеяло и сжимаю телефон в руке.

Надо звонить. Оттягивание неизбежного не выход.

Герман отвечает, едва у меня в трубке начинает идти первый гудок.

— Тамила.

— Привет.

— Что с голосом?

— Гер, мы с Эмилией заболели. Обе проснулись с температурой.

— Я сейчас приеду к вам, — тут же отзывается.

— Нет! — отвечаю слишком резко.

— Даже не начинай.

— Послушай, — произношу на выдохе и достаточно миролюбиво, — сам подумай: мы обе больные, ну куда тебе ехать? Ты же сляжешь вместе с нами. Ни к чему это, Титов. У тебя открытие ресторана на носу.

— Нам нужно поговорить, Тамила, — начинает серьезно.

— Конечно, Герман, и мы обязательно это сделаем. Поверь, я сейчас не в состоянии разбираться со всем.

Слышу шумный выдох в трубке.

— Хорошо, как скажешь. Только знай: Я люблю тебя, люблю Эми. Мы семья, Тами. Я больше никуда вас не отпущу, не повторю ошибку молодости. Есть ребенок или нет — это не повлияет на мои чувства к вам.

Мне горько это слышать. Хочется, правда искренне хочется поверить в то, что наличие ребенка от другой женщины действительно никак не скажется на наших отношениях, но уж мне ли не знать, что всякое бывает.

— Ты слышишь меня? — зовет Титов.

— Да. Слышу, — отвечаю тихо.

— Скажи, что нужно из лекарств, я привезу.

— Гера…

— Привезу и отдам через порог, даже в квартиру не зайду.

— Ладно.

— Я люблю тебя, — повторяет с нажимом.

— И я тебя, — это все, что у меня получается выдавить из себя, и после этого я отключаюсь.

Герман приезжает через час. Заглядывает в квартиру, рассматривая меня, и отдает несколько пакетов.