В месте, где раненых подбирал специально выделенный автотранспорт, Трофимов увидел машину контрразведчика. Каренин был тут же. Два майора обнялись.
- Я за тобой, - сказал Валентин.
- Арестовывать за невыполненный приказ? – спросил Юра. – За то, что я флаг на школу не водрузил?
- Да ты что, издеваешься что-ли? – усмехнулся Каренин. – Садись в машину, довезу.
Трофимов забрался на заднее сиденье, Каренин сел рядом с водителем.
- Дайте воды, - попросил Юра.
- Держи, - Валентин передал ему бутылку с водой.
Юра стал жадно пить.
- Как только «Стрелец» сообщил, что ты вышел из села, я немедленно поехал тебя встречать, - сказал Каренин, принимая бутылку обратно.
- Говори сейчас, а то я усну, - предупредил Трофимов. – Устал так, что ног не чую…
Сказав это, Юра прислушался к себе – всё тело болело, его трясло от переохлаждения, ноги были мокрые, с кровавыми мозолями, заклеенные пластырями осколочные ранения кровоточили – радовало только то, что впереди забрезжила перспектива прекращения этих мучений в виде тёплых, сухих и мягких госпитальных коек.
- В общем так, Юрий Павлович.
- А что так официально? – хрипло спросил Юра.
- Ну, а как я ещё могу обращаться к такому высокому должностному лицу? – рассмеялся Каренин. – Ладно, это лирика. Теперь по делу, чтобы ты понимал, что происходит. Михайлова убрали за огромные потери, о которых стало известно всему миру. Однако, за массовые потери наказывать командиров у нас ещё не принято, поэтому мы приняли его за присвоение зарплат погибших военнослужащих, которых он несколько месяцев подавал как живых.
- Я тебя понял, Валентин, - ответил Юра. – Спасибо.
- Да не за что, - улыбнулся майор Каренин.
***
Перед тем, как убыть в МОСН, Юра заглянул на командный пункт.
- На ловца и зверь бежит, - из-за стола поднялся Савельев. – Здорово, Юрий Павлович!
- Здоровей видали, товарищ врио командира, - усмехнулся Юра, пожимая Андрею руку. – Поздравляю!
- Вот уже не знаю, радоваться мне, или печалиться, - усмехнулся Савельев.





