Она будет прокручивать в голове весь день, все четыре встречи, терзаться сомнениями – не зря ли я задала тому-то тот-то вопрос, не надо ли вырезать неловкую оговорку гостя. Она всегда присутствовала на монтаже программ. И нередко вступала в жестокий спор с режиссером. Поначалу он сердился, ворчал, но она сумела убедить его в необходимости ее присутствия.
– Ты пойми, в этой его неловкости виновата я, так почему он должен расплачиваться за мою невольную бестактность?
– Что ты все берешь на себя? И потом, смотреть программу с такими вот живыми вкраплениями будет интереснее!
Иногда она соглашалась с режиссером, иногда он с ней, и в результате они нашли общий язык.
– Но вообще-то, Наталья, ты для телевидения слишком порядочная. Ничего, пройдет!
– Ты хочешь сказать, что я стану непорядочной?
– Ну, не то чтобы непорядочной… Но обнаглеешь, обозлишься, цинизму наберешься.
– Хорошо, что предупредил, Вовик! Буду следить за собой!
Дома у Наташи все как будто устаканилось. Артур даже как-то сказал:
– А знаешь, о твоей программе много говорят…
– Кто говорит?
– Да многие. Практически куда ни придешь, везде девушки обсуждают ее и тебя заодно. Как ты была одета, как причесана, какие на тебе были цацки…
– Тебе это неприятно?
– Да нет, скорее наоборот. Я тобой горжусь."
"– Ну вот, а я из-за тебя проиграла бутылку бейлиса.
– Разумеется, Лорке? Это она любительница бейлиса. И она меня не любит.
Но больше всех гордился Наташей ее брат. Поскольку в час выхода программы он всегда был на работе, то все программы записывал и с пристрастием смотрел в свободное время. А потом обязательно звонил сестре:
– Наташка, ты такая молодчина, я так тобой горжусь!
В квартире было тихо. Аська уже спала. Наташа заглянула в спальню. Мужа не было. Но не мог же он уйти, оставив Аську одну в квартире? Она обнаружила его в гостиной. Он спал на диване, положив на живот какой-то журнал. Вот и хорошо. Все спят. Она не стала будить мужа, знала, что он скоро сам проснется. Видно, тоже вымотался за неделю. Она на цыпочках и со спокойным сердцем отправилась на кухню. После тяжелого съемочного дня ужасно хотелось есть. Она налила себе тарелку грибного супа и сунула в микроволновку, почему-то после съемочного дня она ела именно суп, который в обычные дни не ела почти никогда. Вот такие причуды измученного организма.
В дверях появился заспанный муж.
– Щи хлебаешь?
– Не совсем щи. Но хлебаю. Очень вкусно.
– Ты вообще хорошо готовишь и слава богу еще успеваешь это делать.
– Артур, не ворчи.
– Устала?
– Как всегда.
– Кто у тебя сегодня был?
– Никита Порываев, Игумнова, Мещеряков и Ариадна Потоцкая.
– А Мещеряков это кто?
– Киноактер. Николай Мещеряков.
– Не знаю такого.
– Ничего не потерял. Красивый болван.
– Зачем звала?
– Это не я.
