Но Аське и тут повезло. Величавое здание увешано со всех сторон мемориальными досками. Когда-то здесь селили только высшее армейское руководство, и местные жители зовут дом «генеральским». Огромный, словно корабль, он стоит буквой «п», на первом этаже расположена куча магазинов. Одним словом, лакомое местечко для недавно разбогатевших субъектов. Когда в нашей стране начался период дикого накопления капитала, Аська очень боялась, что вдовы генералов и маршалов распродадут свои квартиры и престижный уголок с интеллигентными соседями превратится в отстойник.
Впрочем, я никогда не пользуюсь подъемником, приходя к Бабкиной. Во-первых, она живет на втором этаже, а во-вторых, кабина скользит внутри проволочной клетки, открывать и закрывать двери надо самой, и мне элементарно страшно – слишком хлипким кажется сооружение. К слову сказать, квартира принадлежит бывшей свекрови Аси, Розалии Никитичне, но пожилая дама давно прописала сюда невестку и считает ее дочерью.
Устроившись на огромной, кокетливо обставленной кухне и получив чашку изумительного кофе, я спросила:
– Что стряслось?
Аська плюхнулась на соседний стул.
– Прикинь, меня выживают с работы!
Я поперхнулась арабикой:
– Тебя?!
– Именно!
– За что?
– Вопрос следует задать по-другому. Почему?
– Ну и?
– Все очень просто, – пожала плечами Ася, – сама знаешь, я закончила полиграфический и работала редактором, потом стали, словно грибы после дождя, вырастать рекламные агентства, ну я и начала карьеру пиарщика, между прочим, жутко интересное дело, да и зарплата привлекательная, тысяча баксов на дороге не валяется.
Я кивнула:
– Это точно.
– Все было хорошо до недавнего времени, – вздохнула Аська, – умение ладить с людьми…
– Мама! – заорала Лялька. – Мама! Мика!
– Куда подевался этот мишка! – воскликнула Аська и выскочила в коридор.
Я налила себе еще кофе и отрезала кусок изумительно вкусного лимонного пирога. Бабкина великолепно готовит.





