Он так настойчиво стремился завладеть богатством Дианы только потому, что идеалом жизни для него было беспечное существование, когда есть только одна забота — как потратить деньги.
Вздохнув, Диана еще раз просмотрела свои заказы и одобрила их.
— Желаете что-нибудь еще, миледи?
Вспомнив одну из картинок в журнале, Диана начала листать его.
— Может быть, греческий наряд, миледи? — предупредительно сказала миссис Мэннерли. — У нас есть классические ткани, как раз для маскарада.
Диана рассматривала картинку с изящной женщиной, бесхитростно обернутой в ткань наподобие древнегреческого пеплума.
— Это подойдет для богини Дианы?
— Конечно, миледи. Замечательный образ.
— Маскарад состоится через два дня, — сказала она хозяйке салона. — Будет ли готов костюм к этому времени?
— Конечно, миледи. Хотя это не так просто, как кажется. — «Не думайте, что это обойдется вам дешево». — Желаете белый шелк, миледи? Или прекрасную льняную ткань для достоверности?
— Будем придерживаться достоверности, — сказала Диана вставая. — И еще мне нужны соответствующие аксессуары: маска, сандалии, украшения, а также лук и стрелы серебряного цвета.
Хозяйка сделала реверанс.
— Все будет исполнено, как желаете."
"Диана покинула салон в приподнятом настроении с мыслью о том, что она будет представлять на маскараде богиню-охотницу и Бей, конечно, поймет ее выбор. Кроме того, им, несомненно, удастся среди шумного бала улучить момент побыть наедине.
— Вы очаровательны, когда счастливы, леди Аррадейл.
Диана вздрогнула, совершенно забыв о своем спутнике.
— О, — весело сказала она, все еще пытаясь вызвать у него неприязнь к себе, — хождение по магазинам — это главное мое развлечение.
— В таком случае, дорогая, будьте уверены, что, став вашим мужем, я никогда не буду ограничивать вас в этом и никогда не буду уклоняться от оплаты по счетам.
Диана едва сдержалась, чтобы не сказать, что ее счета будут принадлежать только ей.
— Как ваша жена, я тоже не буду препятствовать вашим покупкам, милорд.
— Как вы вообще сможете возражать? — удивился он.
Диана испытывала огромное желание надерзить ему в ответ, но, вспомнив о своей роли, захлопала ресницами.
— Разве вы не говорили, что мои желания не будут обременительными для вас, милорд?
— О да. — Он поднес ее руку к своим губам. — Вы будете всецело править мной, моя дорогая леди.
Все еще моргая, она сказала:
— Надеюсь.
Он продолжал держать ее за руку, остановившись на улице у ожидавшей их кареты.
— Значит, мы договорились, миледи?
— О чем?
— Разумеется, о браке. Их величества будут довольны.
— Нет, — сказала Диана, высвобождая руку. — Мы лишь вскользь упоминали о такой возможности, лорд Рэндольф.
— Ну-ну. Не надо играть со мной, дорогая леди.
