На этот раз на ней не было чулок, и она с наслаждением ощущала прикосновение его сильных умелых рук.
— Как чудесно.
Он улыбнулся, но ничего не сказал.
— Я хотела бы сделать то же самое для тебя. Это возможно? — спросила она.
— Моя воля поколеблена, — ответил он, начиная массировать другую ногу еще более нежными прикосновениями, и она поняла, что теперь может просить его о чем угодно и он не сможет отказать ей.
— Мне не нравится такая твоя уступчивость, — сказала она.
Бей ничего не ответил и вылил еще немного масла на руки, продолжая массировать ее ноги.
Когда он хотел убрать руки, Диана остановила его и села на постели.
— Пока это еще безопасно.
— Это никогда не бывает полностью безопасным. — Она увидела его темные настороженные глаза, но заметила в них сомнение.
Боже, что же делать?
— Это так же безопасно, как тогда, — сказала она, придвигаясь к нему поближе. — Останься во мне на этот раз. Он не сопротивлялся, но и не двигался.
— Я весь в твоей власти.
— Я стосковалась по тебе, Бей. Скажи, разве будет справедливо, если мы проживем всю оставшуюся жизнь порознь?
Он отодвинулся от нее и встал."
"— Ты дьявольски безжалостная женщина.
— Я из рода Айронхенда. — С мольбой взывая к своим предкам, Диана выпрямилась и сняла рубашку. — Ты не должен делать того, чего не хочешь, — сказала она, глядя ему в глаза. — Запомни это.
Диана соскочила с постели и начала сама раздевать его.
Она расстегнула длинный ряд пуговиц на шелковом жилете и сняла его. Затем развязала галстук, расстегнула пуговицы на воротнике и манжетах, вытащила рубашку из штанов и стянула ее через голову. Его покорность немного пугала ее, но он мог бы остановить ее одним словом.
Обнажив его грудь, Диана коснулась ее губами и толкнула Бея на кровать. Опустившись на колени, сняла с него туфли и чулки.
— Ты так и будешь сидеть? — с невольной досадой спросила она.
— Не знаю.
— Похоже, я насилую тебя!
— Может быть.
Диана встала.
— Не говори так.
— Мы должны быть честными друг с другом. — Тем не менее он тоже встал и снял с себя остальную одежду.
Она прижалась к нему всем телом, чувствуя твердое мужское естество.
— Завтра мы предстанем перед королем, и нам придется в любом случае отвечать за все случившееся. Так стоит ли упускать возможность насладиться друг другом этой ночью?
— Утраченная возможность — это еще один тяжкий груз, — сказал Бей.
Мгновение спустя они лежали в постели. Казалось, разделенные кровоточащие половинки соединились в единое целое, и прежняя боль и печаль исчезли. Они лежали так долгие благословенные минуты, затем слились в страстном поцелуе и остались одни в целом мире.
Бей начал осторожно ласкать ее, но Диана отбросила прочь осторожность. Она уселась на него верхом.
— Теперь пришло мое время.
