Принц поставил недопитый бокал на маленький деревянный столик рядом со своим креслом, тяжело вздохнул, поднялся и направился к парадному входу.
Там стояла Цирцея — трогательное создание с красной розой в руке. Девушка казалась такой крохотной в огромном сводчатом дверном проеме. Глаза Цирцеи были печальными, припухшими и покрасневшими от слез.
Сейчас она ничем не напоминала ту ослепительную красавицу, что стояла когда-то в розарии Принца и казалась сотканной из золота, серебра и солнечного света. Если бы образ той красавицы уже не был вытеснен из памяти Принца той сценой, когда он увидел Цирцею копающейся в грязи, он наверняка улетучился бы в эту минуту.
Нет, Принц никогда не прельстится вновь воспоминаниями о красоте Цирцеи, пытавшейся одурачить его, не почувствует жалости к этой маленькой лгунье! Плечи Цирцеи прикрывала ветхая, потертая шаль, делавшая ее похожей на старую нищенку. Резкие тени падали на лицо девушки и от этого оно казалось старым и изможденным. Если бы Принц не знал, что перед ним Цирцея, он наверняка принял бы ее за старую попрошайку.
Цирцея негромко заговорила. Голос ее напоминал карканье маленькой вороны — так сильно он сел и охрип от долгого плача.
— Любовь моя, пожалуйста, я не могу поверить, что ты так жесток ко мне. Я не верю, что слова, которые ты сказал мне сегодня утром, — правда.
Она зарыдала, уткнув опухшее, залитое слезами лицо в свои маленькие белые ладони.
Как он мог когда-то считать ее очаровательной?
— Я не могу жениться на тебе, Цирцея. Ты должна была знать это с самого начала. Полагаю, именно поэтому ты пыталась скрыть от меня правду о своих родителях.
— Но я не знала этого, любимый мой! Дорогой, прошу тебя, возьми эту розу и вспомни те дни, когда ты еще любил меня. Ты не пригласишь меня войти в дом? Здесь так холодно! Неужели ты настолько сильно ненавидишь меня?
— Твоя красота, пленившая мое сердце в этом самом саду, навсегда потускнела после той нелепой сцены, которую я наблюдал сегодня утром, и после того, как я увидел тебя в твоем нынешнем позорном виде.
Цирцея сбросила шаль, и Принц был поражен, увидев, что глаза Цирцеи больше не выглядят припухшими, а ее лицо не покрыто больше красными пятнами от долгих слез. Кожа Цирцеи вновь стала матовой, блестящей, словно залитой лунным светом. Волосы девушки сделались как прежде яркими и пышными, в них заблестели серебряные украшения, напоминающие искорки звездной пыли. Платье Цирцеи теперь переливалось серебром, вся она светилась, но ярче всего сияли ее колдовские бледно-голубые глаза. Такой очаровательной Цирцея не была еще никогда.
