Твоя проблема никак не решится.
– Тебе легко рассуждать! – Он слегка повысил голос, но тут же осекся и заговорил тише: – Ты всю жизнь прожила в хоромах при богатых родителях, и ты не понимаешь, как много значит достойное жилье. Или ты дашь мне двести тысяч, или твои племянники узнают, что ты собиралась их убить.
– У меня нет таких денег. Откуда?
– Возьми у Александра, у него есть.
– На что? Как я ему объясню, зачем мне такая сумма?
– Это не моя забота! – В голосе Колосова послышалась агрессивность. – Придумай, если не хочешь, чтобы они узнали правду."
"– Дима, Дима, – мягко и чуть насмешливо проговорила она и сделала большой глоток ароматного чая, – ты ничуть не изменился за эти годы, ничуть не повзрослел, так и остался мальчишкой, только поседел.
У тебя есть проблема, а как ее решать – должна придумать я. Ничего не напоминает? Двадцать пять лет назад ты, нищий инженер, вчерашний выпускник института, решил жениться на богатой старой деве при хоромах, как ты выразился, и маме с деньгами и возможностями и тем самым разом решить все свои финансовые и жилищные проблемы. А как сделать так, чтобы эта старая дева вышла за тебя замуж, она же сама и должна была придумать.
Заметь, не ты, а она, ты умел придумывать только условия: чтобы было где жить и на что жить, и чтобы теща не мешала, и чтобы дети были только свои, никаких чужих племянников. Прошло двадцать пять лет. Старая дева за это время стала выдающимся специалистом в своей области, написала кучу серьезных монографий, учебников и научно-популярных книг, воспитала целую плеяду учеников и возглавила направление в науке. А чего добился ты за четверть века? Занимался тем, что женился и разводился в поисках выгодной партии? Или чем-то более существенным? В который раз ты женат?
– Во второй.
Ну хорошо, допустим, ты права, я ничего не достиг. И что с того? Мне все равно нужны деньги, и я хочу, чтобы ты мне их достала.
– Нет, – отрезала Любовь Григорьевна.
– Тогда я всем расскажу. Не только твоим племянникам, а всем. Все узнают, что ты собиралась сделать, на что меня подбивала. Ты этого хочешь?
– Дима, если ты это сделаешь – я умру. И денег ты все равно не получишь. Ты можешь выйти на площадь и кричать о том, что я убийца, но я повешусь или выброшусь из окна, и с кого ты будешь требовать свои деньги? Даже если я останусь жить, если у меня не хватит решимости умереть, я тебе все равно не заплачу, потому что в этом не будет никакого смысла.
Все и так будут знать, что я – убийца, если, конечно, поверят тебе, в чем я очень сомневаюсь, так за что мне платить тебе? Моя жизнь станет невыносимой, тяжелой, полной страданий, но твою-то проблему это никак не решит. Ты все равно будешь жить так, как живешь сейчас. Я предлагаю тебе другой вариант.
17
0
