Минутой спустя, после того как Ротергейл и Тад опустились в кресла возле столика, Роланд хотел заняться чаем — привычно вскипятить немагический чайник и, добавив туда травы, разлить получившийся напиток по чашкам, — но Томас с улыбкой остановил его:
— Погодите. Вам нужно отвыкать от подобных действий. Хотя при мне ещё можно, но в целом…
— Да, точно, — поморщился Роланд, от растерянности опускаясь в кресло напротив. — Тогда служанку, наверное, сейчас позову.
— Не нужно. Я сам всё сделаю. Так будет быстрее, — произнёс дознаватель, встал и взял в руки чайник, по пути начиная дальнейший рассказ: — Так вот, по поводу Авериниуса… Его нашли.
— Мёртвым?
— Почти. Его держали в пригороде, посреди леса, в глубокой яме, как бешеного волка. Два раза в неделю возили еду и воду, следы жизнедеятельности убирали заклинанием. Он измучен и, по правде говоря, почти безумен — ещё бы, десять лет сидеть в земле и не иметь возможности ни мыться, ни общаться с кем-либо. Его только выводили «на задания» — сделать артефакт, который убил бы вас, канцл… то есть, ваше величество, или повлиять на дворец. Долгое время его «уговаривали», используя вещества, которые доставала Лита Уолтер, но Авериниус от них в последнее время почти перестал понимать, чего от него хотят.
— Всё-таки его, — вырвалось непроизвольно у Роланда, и Тад кивнул, поставив перед канцлером чашку, полную горячего янтарного чая.
— Естественно, кто бы ещё мог знать про Каролину? Множество проблем с его появлением сразу решилось. Вещества стали не нужны, зато добавились расходы на содержание шамана — тот высасывал из Вестериусов деньги, как пиявка кровь.
— Плохо, — покачал головой Роланд.
— Да, нехорошо, — согласился Эрнест. — Морган не смог помочь — говорит, этот гад закрылся, сквозь щит не проберёшься. Но сам по себе он в любом случае для вас не опасен — трон Шаха не интересует, он работает за деньги.
— А Вестериус-старший, значит, всё-таки погиб, когда пленял Авериниуса?
— Да, — подтвердил Тад. — Пусть Авериниус и «пустышка», родовая магия у него сильная, да и сам он, по воспоминаниям свидетелей, был умным мужиком.









