Кровавый ещё пару ударов сердца глядел на меня непроницаемой тьмой из-под капюшона, а затем последовал за своим господином, унося факел и позволяя мне оказаться в темноте.

Я же не скрываясь, шумно выдохнул.

Неужели этот какой-то бесконечный день вот-вот закончится?

Завтра же сорвусь из лагеря. Лучше две сотни реольцев со своим огнём и пара Великих паладинов, чем вот это всё.

Зачем звал, что хотел, что решил, что за метка, что за задания? Совершенно ничего не понятно.

Надеюсь, что в этих заданиях будет не больше загаданных двух сотен реольцев и двух Великих паладинов за раз.

Но помня доброту Вира, в это мало верится.

Глава 6

Утро встретило приятной свежестью, напоминая, что лето закончилось. И даже не вчера.

Думал, что встал первым, но нет, верный Креод уже сидел на бревне возле соседнего шатра и полировал меч.

Встретив его взгляд, я приказал:

— Поднимай всех. Нам пора.

— Понял, господин.

Управился он быстро. Я ждал солдат у конюшни, держа в поводу своего Черныша, поглаживая его по шее и прикидывая, как будет лучше добраться до места задания, но все мысли вымело из головы, когда я заметил глаза моих людей — полные страха и отчаянья.

Один из солдат и вовсе, встретившись со мной взглядом, решился на вопрос, которого и не должен был задавать:

— Г-господин, а к-куда мы?

Креод тут же рыкнул:

— Ты, новенький, слишком много вопросов. Реольцев бить едем, тебе нужно знать только это.

— Да к-как же так, в-ваша милость? Мы ж только-только от смерти спаслись?"

"Его неожиданно поддержал другой голос, негромкий, но вполне для меня разборчивый:

— Сам-то ранг получил, должность, да золота, небось, отсыпали, а мы дохни ни за шиш.

И не только для меня.

Креод тут же шагнул вперёд:

— Это кто вякнул? Ты, что ли, Улик? Ко мне, живо!

Ограк, который стоял между мной и солдатами, решил дать совет:

— Не будьте строги сейчас, господин, уважение солдат можно заполучить не только наказанием и…

Я поморщился и сложил знак — «помолчи, ради Ребела», и заметил, как дрогнули мои солдаты, один так и вовсе сделал шаг назад, пусть и неуверенный, едва заметный, но шаг.

Я опустил взгляд на свою руку, сжатую в печать. Это я знаю, что эта печать лишь символ придуманного мной языка для теней. Это Креод и Илиот знают, что я постоянно разминаю руки, чтобы повысить гибкость пальцев. А вот что подумали солдаты, тем более те, кто со мной недавно? Что я сейчас шарахну по ним чем-то из арсенала адепта, чтобы наказать за слова одного всех? Не иначе.

Сжал пальцы в кулак, ломая печать, поднял голову. Ограк, разумеется, прав. Солдаты Дома Денудо верны так отцу и мне не только потому, что отец суров, строг и заслужил титул Клинка ещё совсем молодым. Пора бы и мне вспомнить, что верность людей завоёвывается шаг за шагом и деньги один из первых и самых простых шагов.