До этого я никогда не доставала тот самый номер, который мужчина дал мне на случай экстренной связи. Сейчас же…

Такое было уже трижды.

Но что-то меня останавливало. Будто интуиция говорила — еще не время. И я давала себе еще один вечер, потом еще один.

Я все ждала, но Германа так и не было. Я стала плохо спать, потому что подолгу не могла заснуть, все прислушивалась к звукам в ночной тишине. Мне все время казалось, что вот-вот скрипнет дверь, и Мороз появится на пороге моей спальни.

Я уже даже начала думать, что, может, он специально меня наказывает за то, что догадался о моих сомнениях. Я бы не удивилась и такому раскладу — настолько Герман умел удивлять и ставить в тупик своими поступками.

И когда я уже стала сомневаться в том, что вообще дождусь возвращения отца Кати, это произошло.

Ровно через одиннадцать дней.

Когда я вышла из ванной за забытым бельем, привычно вытирая волосы полотенцем на ходу, то сразу поняла, что атмосфера в комнате изменилась. Что-то было не так. Очень медленно я оглянулась назад и едва не закричала от неожиданности — в кресле, стоявшем у стены, сидел он. Герман.

Тень скрывала его лицо так, что видны были лишь губы. И они искривились в привычной усмешке.

Все-таки пришел…

— Подойди ко мне…

Ох, мне не стоило слушаться. Не стоило поддаваться обстановке. Следовало остановиться, задать все вопросы, прояснить ситуацию. Но вместо этого ноги сами собой понесли меня к нему.

Шаг, еще один. Еще пара. И вот я уже стою в опасной близости от полуночного гостя.

— Ближе, Есения."

"Его ноги были широко расставлены, так что, сделав еще пару шагов, я оказалась аккурат между ними. Дрожащая, в одном полотенце, которое едва доходило до середины бедра.

В момент, когда его пальцы осторожно коснулись моей коленки, меня буквально пронзило током. Черт, ну как он это делал?

Едва ощутимая ласка выбила из меня остатки воздуха, и я лишь рвано вдохнула, пытаясь совладать с собственной реакцией на Германа.

Который, к слову, молчал. И так же молча касался меня уже двумя руками. Стоило его пальцам забраться под полотенце, как я стиснула зубы, чтобы не выдать себя с головой. Слишком уж чувственно это было.

Мягкое прикосновение — намек, что стоило раздвинуть ноги чуть шире, и вот его пальцы уже коснулись меня там, где стало влажно.

Я молчала. И чувствовала его жадный взгляд. Не видела, но знала — он смотрел. Смотрел так же, как в прошлый раз. Вот только действовал совсем иначе. Не подавлял, не брал, а соблазнял. Ловко, умело. Так, чтобы вытравить у меня из головы все ненужные мысли и сомнения. И чтобы полностью расслабить, а после нанести удар.

Ведь я совершенно не ожидала, что моя нога окажется стоящей у него на бедре, а сама я буду бесстыдно раскрыта перед мужчиной.