Дело о давно забытой пощечине

И об этом событии узнает весь мир и дорогу перед Маршаллом устелят лепестками роз…

Окружной прокурор Империал-Валли попытался успокоить себя, поминая, что из поражений надо извлекать уроки и делать соответствующие выводы.

Что ж, он их сделал и просчетов больше не допустит. Надо использовать все возможности для победы. Мейсон еще не знаком с сутью дела? Что ж, так и не дадим ему времени придти в себя и подготовиться. Процесс будет молниеносным, для затяжек у защиты абсолютно не окажется повода.

В зале появилась Делла Стрит, быстрым шагом прошла к адвокату и подала ему папку.

Мейсон развязал тесемки и Маршалл краем глаза заметил, что это вырезки из местных газет.

Окружной прокурор подозвал к себе заместителя, продолжающего опрос кандидатов в присяжные, и что-то ему прошептал.

Менее чем через десять минут Майкл Д'Або закончил свои вопросы."

"— По закону Суд имеет право опросить кандидатов в присяжные заседатели, чтобы выяснить их пристрастность, — сказал судья Чивородис. — При выборе присяжных я никогда не ограничиваю представителей сторон и разрешаю задавать им те вопросы, которые они пожелают.

Обычно я не вмешиваюсь в отбор присяжных заседателей, но, при сложившихся обстоятельствах, я считаю своим долгом убедиться, что ни один из кандидатов не испытывает предубеждения ни против одной из сторон.

Он задал каждому из кандидатов по нескольку вопросов, стараясь оставаться совершенно беспристрастным.

Мейсон поклонился отобранным присяжным и получил в ответ от них доброжелательные улыбки. Одним выстрелом адвокат убил двух зайцев: завоевал симпатии присяжных заседателей и выиграл время.

Наконец, Скамья Присяжных была полностью скомплектована. Двенадцать человек, призванные решить судьбу обвиняемого, приняли присягу и расселись на своих местах.

— Господа, — объявил судья Чивородис, — присяжные выбраны и приведены к присяге. Перед тем, как начать слушание, я хотел бы сказать, что с делом совершенно не знаком и газетных публикаций, если они вообще были, не читал. Но иногда я все-таки знакомлюсь с прессой и мне известно кто такой Перри Мейсон, представляющий на этом процессе обвиняемого.

Я не желаю ни в чем ущемить интересы обвиняемого, но предупреждаю, что никому не позволю в этом зале разыгрывать драматический спектакль. А теперь начнем, господа. Господин обвинитель, ваше вступительное слово, пожалуйста.

Болдуин Маршалл с торжественным видом поднялся со своего места, поправил очки и осмотрел зал. Выдержав эффектную паузу, он, наконец, начал вступительную речь:

— Высокий Суд, дамы и господа присяжные заседатели! По обыкновению я буду краток.