"
"Ну не пятиться же мне как струсивший заяц? Ох, я что, и впрямь раздумываю над тем, чтобы поехать к нему домой? А как же рабочие отношения? Что подумает Ника, если я не вернусь ночевать? И как мне потом смотреть в глаза интеллигентному и неконфликтному Леве?
— Игореш! — раздается из-за плеча Жданова жеманный девичий голос. — Весь вечер до тебя дозвониться пытаюсь, а ты, оказывается, здесь.
Лицо полиграфического магната каменеет, челюсть сжимается. А пока я пытаюсь разглядеть, кто же так фамильярно назвал его ""Игореш"", он глухо бормочет себе под нос: «Майя, блядь».
12
Люба
— Кто это, Игореш? — требовательно произносит девушка, с подозрением щуря на меня свои искусно подведенные глаза. — Твой бухгалтер?
На вид гламурной брюнетке, с ног до головы одетой от кутюр, максимум лет двадцать пять, а потому я не пытаюсь понять, почему она сходу определила меня на работу в бухгалтерию. Просто киваю в знак приветствия и перевожу взгляд на Жданова.
— Ты чего здесь забыла, Майя? — ворчливо и будто устало спрашивает он. — С каких пор тебя сложная техника заинтересовала?
Из воинственно настроенного тон красавицы становится вкрадчивым и мурлыкающим.
— Искала тебя, конечно. Ты в последнюю неделю совсем пропал, а я… — она бросает на меня многозначительный взгляд, и конец фразы, явно интимного характера, договаривает ему на ухо, встав при этом на цыпочки.
Дожила, называется. Девушка, которая мне в дочери годится, смотрит на меня как на беспринципную разлучницу. Обычно все происходит наоборот: дамы моего возраста болезненно переживают неравную конкуренцию с такими вот красавицами с идеальными носами, бесконечными ногами и сияющей здоровьем и хайлайтером кожей.
— Искать меня не нужно, Майя. Я в Москве лет на тридцать подольше тебя обитаю и ни разу не потерялся. Зыркать зверем на Любу тоже завязывай и ухо ртом мне шлифовать не надо. Не упомню, чтобы тебе в верности клялся. Если заняться нечем — позвони подружкам, наверняка в каком-нибудь кабаке свои гламурные жопы протирают. Игореша сегодня занят.
Густые ресницы красавицы начинают быстро и обиженно хлопать, тонкие ноздри трепещут. От этого зрелища мне становится неудобно настолько, что я начинаю поглядывать по сторонам.
— Не надо со мной разговаривать как с маленьким ребенком, Игорь. Трахал ты меня по-взрослому. Так бы и сказал, что молодое тело тебе приелось и потянуло на подержанных милф.
— Майя, блядь! — рявкает Жданов еще до того, как как успеваю понять, что неприглядное сочетание слов «подержанная» и «милфа», адресованы мне. — Зад свой хватай в руки и быстро грузи в тарантас, пока я тебя в него пендалями [П1] по-взрослому не запихал.
Девушка поджимает пухлые губы и, бросив на меня финальный взгляд, гордо цокает к модной красной машине.
