- Вы к косметологу сходили, Любовь Владимировна? – Ольга придирчиво оглядывает меня с ног до головы. – Посвежели, помолодели. Или просто цвет рубашки вам подходит.
Вот умеет секретарша Шапошникова сказать приятные вещи так, что они прозвучат далеко не как комплимент. По ней я, кстати, скучать не буду, как, например, по Валере Пирогову.
- Это я от счастья, - выдаю с улыбкой. – Скоро выхожу замуж. Говорю и тотчас корю себя за несдержанность. Со стороны может показаться, будто я хочу похвастаться. Но уж очень велик соблазн увидеть, как рот Оли приоткроется. Игорь бы сейчас сказал, что я веду себя как рядовая баба. Что есть, то есть."
"Реакция секретарши Шапошникова не разочаровывает. Рабочий телефон звонит уже несколько секунд, а она и не думает брать трубку, глядя на меня во все глаза.
- За Игоря Вячеславовича? – произносит она с неверием.
-А-ха, - подтверждаю я, не в силах перестать улыбаться. – Подскажи, Олег Евгеньевич у себя?
- А вам ведь сорок с чем-то, да? – будто не услышав вопроса, продолжает она. – С ума сойти. Бывает же такое…
- Ладно, я сама к нему зайду. – Развернувшись на каблуках, я напеваю себе под нос: «Если вам немного за тридцать, есть надежда выйти замуж за принца».
- А вы не беременны? – несется мне вслед.
Я смеюсь. Пожалуй, не буду опровергать это предположение, чтобы остаться главным ньюсмейкером производства, так сказать, посмертно.
- Олег Евгеньевич, можно? – вежливо осведомляюсь я, постучавшись.
- Входите, Любовь Владимировна, - сухо произносит Шапошников, не отрывая взгляда от монитора. Так он делает всякий раз после полученного заявления об увольнении. Будто и не он передо мной на коленях стоял и в любви признавался.
- Что у вас?
- Пришла сообщить, что положенные две недели я отработала и больше не появлюсь.
В кабинете повисает гробовое молчание. В течение нескольких секунд Шапошников буравит меня взглядом, а потом начинает жалостливо моргать, словно вот-вот заплачет.
- Ну и кто ты после этого, Люба?
- Я? Думаю, ответственный сотрудник, который честно выполнил условия трудового договора.
- А в общечеловеческом смысле?
Я раздраженно вздыхаю. Ну вот что он за тип такой? Душный манипулятор, как сказала бы Ника. Любую весну затопчет своим нытьем.
- В общечеловеческом смысле, я свободная женщина, которая никому ничего не должна. Буду благодарна Олег Евгеньевич, если оставите попытки внушить мне чувство вины. Я наемный сотрудник, который имеет право уйти в любой момент.
- Думаешь, я не знаю, откуда ноги растут? – фальцетом верещит генеральный. – Уходишь за толстым Ждановским кошельком. Где твое достоинство, Люба? Инженер со стажем и туда же. Ведешь себя как обычная профурсетка. Когда он с тобой наиграется, обратно ко мне не приходи.
Мне становится смешно.
