"Дерзкая для короля

Агния Кострова

Глава 1

Ура, приняли!

Три недели поисков, и, наконец, меня берут. Это будет моя первая в жизни работа. Сообщение поступило только что и я вне себя от радости. Смогу подрабатывать после школы, все как я хотела. Правда, всего лишь уборщицей в торговом центре и платить будут совсем мизер, зато каждый день. Я смогу покупать еду. Нормальную еду, потому что от перловки на воде, которой я питаюсь последние три недели, уже тошнит.

Пожалуйста, пусть эта работа окажется мне по плечу, и я продержусь на ней хотя бы до ЕГЭ.

— О чем мечтаем, Савельева?

Голос Королева вклинивается в размышления и подобен скрежету лезвия ножа по наждачной бумаге.

То есть раздражает до одури. Впрочем, как и он сам. Весь раздражает. Начиная от противной издевательской ухмылки на красивом модельном лице и заканчивая модными кроссовками Nike на ногах, которые я могу себе позволить только в самых дерзких снах.

Не собираюсь скрывать, что парень и его окружение мне противны, хотя он итак это прекрасно знает. Это не первая наша стычка.

— Отвали, Королев. Иди, куда шел.

— Ты че, заучка, фильтруй базар!

Из-за спины Королева выплывает его верный телохранитель Мухин и скалит зубы.

— Получить захотела?

— Офигел совсем, Мухин? — обращаюсь к долговязому рыжему отморозку.

— Король, ты же не станешь терпеть? Давай уже проучим эту курицу общипанную.

Еще несколько парней из свиты Королева согласно кивают.

— Да что вы ко мне пристали? Валите уже!

— Мы бы свалили, — тянет Королев, — только одна проблема. Ты села на наши места.

— Что?

Осматриваюсь по сторонам и понимаю, что занятая мыслями о вкусном ужине, я случайно села не на тот ряд.

Отовсюду слышатся смешки одноклассников, а я краснею, как рак.

Терпеть не могу быть в центре внимания, особенно, когда знаю, насколько меня все здесь презирают. Даже не столько я как личность их задеваю, сколько сам факт, что рядом с ними учится какая-то «оборванка».

Это они так считают. На самом деле на мне нормальная одежда, чистая и не рваная. Просто самая дешевая и простенькая. Но что ж поделать.

Перевод в другую школу перед самым выпускным сам по себе болезненный процесс, а если еще ты переводишься туда, где учатся одни мажоры, сплошь дети богатых родителей, при том что у самой еле хватает денег на еду, не говоря о сколько-нибудь приличной одежде, вообще катастрофа.

Не хочу спорить с ними.

Просто встаю, молча подхватываю свои вещи и пересаживаюсь на соседний ряд.

— Вот это другое дело, — довольно тянет Мухин, — оборванки и нищебродки должны знать свое место.

Стискиваю зубы, а руки непроизвольно сжимаются в кулаки.

— Что молчишь, Савельева? — продолжает Мухин издеваться со всеобщего молчаливого одобрения.

— А потому что знаешь, из какой помойки тебя вытащили. Сиротка.