— И трусики отсюда будут по размеру.
Она оглядывает меня, довольно кивает. Достает из шкафчика флакон духов и клубничный блеск для губ.
— На, это тебе!
Я беру и чуть не плачу. Еще вчера непременно бы обрадовалась подарку, теперь же горько представить, для чего мне его вручают.
Мама Марисоль моей реакции не замечает, выглядит очень довольной собой. Прижимает меня к себе, целует в макушку, приговаривая:
— Хороший мужчина, как сыр в масле с ним будешь жить! Очень состоятельный и нежадный!
Потом складывает одежду в пакет, вручает мне и выпроваживает в коридор.
— Не подкачай! — слышу я, прежде чем она захлопывает дверь.
Я опираюсь спиной о стену, делаю несколько глубоких вдохов, считаю до десяти, а потом чувствую приятное онемение. Кажется, успокоительное начинает действовать в полную силу.
Бегу в нашу с сестрами общую спальню, распускаю волосы, накладываю на лицо немного косметики, как нас учили на курсах визажа. Немного подумав, переодеваюсь в платье. Не могу же я бегать по гостинице в шелковом пеньюаре. Переоденусь в номере великана, пока тот будет ужинать. Всё там подготовлю.
Почти смело, почти решительно поднимаюсь наверх. Зажмуриваю глаза, снова глубоко дышу, считаю про себя, готовлюсь открыть дверь, за которой мне предстоит познать взрослую жизнь. Вдруг чувствую на плече чью-то руку и горячее дыхание у самого уха. Оборачиваюсь и утыкаюсь в грудь дяди Улдана. Он впивается в меня диким взглядом и шепчет:
— Если ты ему не понравишься, тебя возьму я!
Ему около пятидесяти лет — так же, как моим приемным родителям. Он подтянут, мускулист, для своих лет неплохо сохранился.
"В этот момент я чувствую, что успокоительное прекращает действовать, а зубы снова начинают непроизвольно стучать.
Глава 10. Я тебе нравлюсь?
Тем же вечером:
21:00
Михаил
Меня поселили в двухкомнатные апартаменты.
Правда, у меня еще не было ни одной… Да и секса с такой молоденькой девушкой тоже не было с тех самых пор, как сам справил двадцатилетие. Сейчас мне тридцать два. Надеюсь, я не покажусь ей стариком.
Захожу и сразу замечаю, что меня действительно ждали.
Свет приглушен, в комнате витает аромат розового масла. На полу в хаотичном порядке разбросаны лепестки.
