А разве у меня был выбор? — А Максим?
— Он обязательно понесет наказание, — нахмурился Владимир. — Он сядет. Ему уже есть восемнадцать. Я тебе это обещаю.
Что ж… В данной ситуации это лучшее, что мог бы сделать для меня отчим.
Осталось проститься с ним навсегда, как и со всей это жизнью. У меня начинается новый этап: без Владимира, без Динки и без…Архипа.
— Спасибо, — кивнула я и хотела пойти было к себе в комнату, но Владимир меня остановил.
— Забудь его, девочка, — покачал он головой. — Ты и так уже влезла туда, куда не стоило. И видишь к чему это привело?
— Вижу, — ответила я.
— А может быть еще хуже, — тихо сказал он. — И уже не с ним.
Ком так и застрял в горле. Я боялась этого момента, но знала, что рано или поздно он наступит — Владимир начнет угрожать мне.
— Пойми меня, я не монстр, но… Тебе не место в жизни Архипа.
— Я понимаю.
— Уверена?
— Да.
— Ну, тогда будь умницей, — смотрел он на меня прямо в глаза. — И тогда проживешь долгую и счастливую жизнь.
А если не буду слушаться дядю Володю, то жизнь станет короткой, а смерть моя — мучительной. Я поняла, да.
— Все будет так, как вы хотите, — ответила я. — Я вас услышала.
— Очень на это надеюсь, — хмыкнул он. — Иди, собирайся.
43
Я занялась чемоданами. Вещей у меня было не так чтобы очень много… По крайней мере тех, которые я хотела бы взять с собой.
Когда остались лишь чистые вещи, которые сохли в бытовке этого дома, я направилась туда. В бытовке уже была Дина — утюжила свою школьную форму на завтра. Я же в наш лицей теперь уже не пойду…
Она была все еще бледная, но уже не лила слезы. Очевидно, отчим ей сказал о том, что Архип очнулся, умолчав о том, при каких обстоятельствах.
Дина все еще переживала, воздух вокруг нас практически звенел от напряжения, но она уже знала, что Ветров вскоре пойдет на поправку, и что папочка готовит его для нее.
Я на секунду замешкалась, а потом пошла снимать с веревок свои вещи. Стала складывать их в стопку.
— Я уезжаю, — сказала я Дине, когда все вещи были собраны, и мне нужно было уходить, но захотелось сказать ей пару слов на прощание.
— Я знаю, — подняла она голову и посмотрела на меня, убрала в сторону утюг. — Папа мне говорил.
— Что ж… Тогда будем прощаться.
— Счастливого пути, — изогнула она одну бровь.
Конечно, ей было вовсе не жаль, что я уезжаю. Она только рада. Помеха теперь будет устранена, как и ее главный раздражитель весь этот учебный год.
— Ты… Береги его, — сказала я негромко. Даже не знаю откуда я взяла силы, чтобы произнести это вслух. — Раз уж он тебе достался…
— Не переживай, — улыбнулась мне Дина, явно ощущая вкус победы надо мной. Над нами обоими. Даже страшно представить, какой ад теперь ждет Архипа с нелюбимой. Да и я тоже буду долго болеть. — Он забудет тебя.
