На самом деле, не могу долго на нее злиться. Мы подружились, когда я только устроилась на работу. Я единственная среди обслуживающего персонала была ее возраста. Все остальные на порядок старше. Как говорит сама Жанна, о чем с ними вообще разговаривать?
— Прости-прости-прости, — тараторит она в сотый раз. — Я правда думала, что это отличный способ заработать денег. Я бы и сама пошла, но там нужны рожавшие женщины.
— Я бы не смогла отдать своего ребенка, — говорю то, что думаю.
— Ребенок ведь не твой. Там ведь не твоя яйцеклетка используется и все такое…
— Знаю. Но ты не представляешь, какого это быть беременной, слышать шевеления малыша. Ты не можешь не привязаться, Жанка. Это такое волшебство. Ты вынашиваешь нового человечка. Совсем крошечного, нуждающегося в ресурсах твоего организма. Как сказать себе, что он не твой?
Во время тирады на мои глаза почему-то наворачиваются слезы. Скорее всего из-за того, что когда носила Кирюшу, все время ждала его отца. Думала, что тот придет и отберет у меня ребенка, а втайне мечтала, чтобы он меня заметил. Предложил воспитывать сына вместе. Теперь понимаю, насколько глупыми были мои мечты. Конечно же, Дамир не из тех, кто станет воспитывать ребенка с женщиной, неугодной ему. Это невозможно. И я прекрасно понимаю, что подобного никогда не будет.
— М-да, Варька… — заключает Жанка. — Не стать тебе сосудом для вынашивания.
Она смеется, а мне вот ни капли не весело. Кирюша на днях засопливил и все больше нуждается в моем внимании, а я вот — на работе. Мне поставили дополнительные смены из-за болезни Зои. Теперь я вынуждена едва ли не каждый день приходить на работу и платить за услуги няни. А хочется быть рядом с сыном, читать ему сказки и играть в купленную на днях игрушку.
— Эй, ты чего? — заметив мое состояние, спрашивает Жанка. — Не волнуйся ты. Я сегодня же пойду к этому Юсупову и скажу, чтобы он отстал от тебя со своим суррогатным материнством.
— Нет! — настаиваю, прекрасно понимая, что Жанка именно так и сделает. С нее станется. Это я тихая и спокойная, молча закрою рот и пройду мимо, а она боевая, всегда будет отстаивать свои права, что бы ни случилось.
— Да как нет? На тебе лица нет! Плачешь вот.
— Я уже не плачу, — вытираю слезы. — Я вообще разнылась из-за сына. Он у меня приболел, а я тут со сменами.
— Я крутила уже по всякому, Варь… не получается другого поставить. Кто-то в отпуск пошел, другие заболели. Ничего поделать не могу.
— Да я понимаю, — киваю. — Просто всё так… навалилось, в общем.
— После увольнения сможешь уделить время сыну, — замечает Жанка.
— Ага… но работу новую все равно искать придется, я не смогу сидеть долго дома.
