Как-то и меня привлекли к чтению по ролям. Беру себя в руки и улыбаюсь, смеюсь с девчонками. После завтрака каждый день ходим в магазин за мороженым. Завтра нам уезжать: уже и в офисе аврал, и подготовка к Сашиному дню рождения практически окончена. Надо всё проверить, посмотреть.
Если днем можно отвлечься, то ночами тьма затягивает. За неделю ни разу не притронулся к своей девочке. Не могу её запачкать. Такую искреннюю, такую светлую. Ощущаю себя последним мудаком, но пересилить не могу. Стер, наверное, все зубы, ложась в одну кровать. Она смотрит удивленно, но ничего не говорит и не просит. Зная ее, эту тему поднимать не будет, засмущается. Наверняка уже надумала что-то, но я молчу. Молчу и лежу рядом, изучая до рассвета её лицо.
Подсознательно готовлюсь к самому плохому. Озвучить этого даже в мыслях самому себе не могу.
Первым делом, как приедем, помчусь к Стефановской. Хочу внятных объяснений. Если я не при делах, то пожелаю счастья и забуду этот кошмар. Если же… насильно увезу в клинику на анализ. Плевать на всё, я должен быть уверен.
Прислушиваюсь к тишине. Все спят. Вещи собраны с вечера, девчонок утром решили перенести в машину. Ехать недолго, но обе этого не любят и дорогой кричат и скандалят. Не представляю, как Тим один справился. Экран телефона загорается, оповещая о новом входящем письме. Открываю уведомление и вижу адрес клиники, где мы были с принцессой. Выдыхаю и открываю вложенный скан.
Пробегаюсь глазами по цифрам и показателям, ни черта в этом не соображая. Ищу заключение. Где же оно?
Нашел. «Бесплодие 1 трубно-перитонеального генеза. Перитубарные спайки». Ни хрена не понятно. Лезу в интернет, читаю… Ищу статьи, способы лечения. Практически во всех источниках указываются хирургические методы и не самый утешительный прогноз: порядка двадцати процентов удачного исхода. Понимаю, что сейчас Саше всё это озвучить не смогу. У меня просто не хватит мужества.
Звонка будильника дожидаюсь внизу, вливая в себя неизвестно какой по счету литр кофе. Переношу спящих девчонок в машину, Саша тоже дремлет, прислонившись к окну. Этот, казалось бы, незначительный момент раздражает меня, я пытаюсь повернуть ее голову в другую сторону, но она сползает на прежнее место. Плетусь на минимальной скорости к дому. Завтра выписывают Ксюху, поэтому малышня остается у нас. Они долго упрашивали Сашу, а она совсем не умеет им отказывать. К окончанию поездки все проснулись, в салоне стоит визг и хохот.
Помогаю выгрузить вещи и, сославшись на очень срочные дела, стрелой вылетаю на трассу. В голове стучит одна мысль: я должен знать. Должен знать.
Наталья дома, открывает дверь после упорных звонков и долбежки.
— О, какие люди и без охраны.
— Не смешно.
Сканирую взглядом ее тело. На живот нет никакого намека.
