Так он здесь потому, что представительница социальной службы набросилась на него и пригрозила бульварными газетами!

У Райанны кружилась голова, она отчаянно пыталась справиться с парализующим ее отчаянием.

Алексис Петракис знает о Ники.

Слова мужчины с трудом пробивались сквозь пелену в ее сознании:

— Я хочу забрать мальчика из-под опеки. Немедленно.

— Они его не отпустят, пока я не выпишусь из больницы.

Райанна и сама удивилась, что смогла произнести эти слова спокойно и уверенно. Алексис Петракис не способен понять ни ее страдания от разлуки с Ники, ни душераздирающего страха, что его никогда не вернут ей.

Мужчина брезгливо поджал губы,

Ни малейшего признака угрызений совести! Маленький мальчик помещен под опеку из-за пристрастия матери к наркотикам, а та не испытывает никаких эмоций по поводу того, что теряет собственного ребенка!

— Это не проблема. Я разговаривал с лечащим врачом, и он согласился выписать тебя.

— Я-я не понимаю.

— Я сказал, что обеспечу тебе надлежащий уход, а также уведомил попечительский совет, что найму квалифицированную няню для ребенка. Они согласились отменить распоряжение об опеке.

В душе Райанны затеплилась надежда: неужели она действительно сможет вернуть сына? Да она скорее согласилась бы есть землю, чем позволила Алексису Петракису приблизиться к Ники, но если это единственный способ забрать мальчика, она не станет возражать. Но Алексис не должен понять, насколько это важно для нее.

Еще пять лет назад Райанна убедилась в том, что Алексис Петракис — жестокий и подлый человек. Он и сейчас явно в ярости оттого, что ему навязали незаконнорожденного сына, факт существования которого угрожает его репутации.

Райанна внимательно смотрела в непроницаемое лицо мужчины, который однажды мимоходом разбил ей сердце.

К черту воспоминания! Ники, любимый сыночек, я верну тебя любой ценой!..

— И каким будет твой следующий шаг? — неестественно-спокойно поинтересовалась Райанна.

Зрачки Алексиса сузились.

Какое хладнокровие, будь она проклята!

— Завтра тебя выпишут, и вы с няней заедете за Ники по пути в аэропорт.

— Что значит — в аэропорт? — взволнованно перебила Райанна.

Алексис Петракис посмотрел на нее ничего не выражающим взглядом.

— Ты полетишь в Грецию.

— В Грецию?

— Точнее, на мой частный остров.

Частный остров…"

"Так вот в чем дело — Алексис собирается спрятать ее и Ники подальше от любопытных глаз… словно в тюрьме, а надзирателями станут его люди.

Но если полная изоляция от мира — единственный способ быть рядом с сыном, то Райанна согласится и на это.