— Вот теперь ты наконец-то показала себя такой, какая ты есть — женщиной, не способной понять, что значит — иметь ребенка. Видеть тебя не хочу. Не желаю дышать с тобой одним воздухом.

Алексису показалось, что солнечный свет на мгновенье померк — с такой силой хлынули в его душу мучительные воспоминания.

Мужчина развернулся и направился к дому.

Райанна почувствовала дурноту и, едва дыша, ухватилась за каменную балюстраду. Сердце глухо билось в ее груди, но не физическая боль привела женщину в такое отчаяние.

— Ники, — прошептала она.

Алексис собрал волю в кулак, чтобы как ни в чем не бывало спуститься к обеду — ведь его ждал сын. Но его спокойствие было лишь маской — непокорность Райанны, ее ложь и жалкие попытки скрыть пристрастие к наркотикам бесили Алексиса. По всей видимости, она — одна из тех женщин, которые пытаются доказать, что черное — это белое, а жидкая грязь под ногами — свежевыпавший снег!

Такой же была его мать.

Ее любовники… Их было так много!

Он даже заставал их в ее постели.

Алексис отчетливо запомнил один такой день: рано утром он пришел в спальню своей матери, забрался на кровать и заплакал от испуга, увидев лежащего рядом с нею чужого мужчину.

Он не сразу узнал в нем Демоса — рабочего, который раз в неделю приходил к ним на виллу чистить бассейн…

Алексис посмотрел на Ники. Мальчик сидел за столом напротив и пил сок из голубой пластиковой кружки.

Это мой сын. Даже если его мать такое же ничтожество, как моя, у него буду я. У него всегда буду я. Клянусь.

Мисс Томпсон помедлила, прежде чем подняться на террасу — по-видимому, сначала она хотела убедиться в том, что Алексис Петракис ушел в дом.

Неужели она была свидетелем этой отвратительной сцены? Ах, конечно, ведь они так кричали, что их слышали бы даже соседи… Если бы они были."

"— Немедленно в кровать! — только и сказала сиделка. — Вы снова попадете в больницу, если будете так себя вести.

Райанна подчинилась и попыталась успокоиться, но ей это не удалось. Женщина чувствовала себя такой беспомощной, такой больной и совершенно, абсолютно одинокой.

Пока она так слаба, она не в силах бороться с Алексисом Петракисом. Ей надо поправиться, и тогда она сможет победить — ради Ники.

Алексис работал в своем кабинете. Он постоянно держал под контролем текущие дела компании «Петракис интернэшнл» — посредством электронной почты, факса и телефона. Послеполуденные часы он провел с Ники, после того как тот немного поспал после обеда. Они снова плавали, строили крепость из песка и играли в футбол. После ужина Алексис уложил мальчика и почитал ему сказку.

Стук в дверь прервал его работу.

— Мистер Петракис?

В дверях стояла сиделка. Вид у нее был решительный.

— Да? — Алексис откинулся на спинку стула.