Наталья побудет с Богданом час. За что-то я ведь должен ей платить.

Манера Руднева – думать о деньгах. Хотя нельзя обвинить его в равнодушии к Богдану, ведь почти все свободное время он посвящает ему. Как и все свободные деньги.

- Час? Зачем? – моментально напрягаюсь, пытаясь вжаться в стену позади себя.

Недовольно сощурившись, Руднев отступил. И даже убрал от меня руки.

- Пора кое-что прояснить. Одевайся, у нас на территории лес. Прогуляемся.

Гулять в лесу не хотелось. Особенно с Рудневым. Но я помнила, что мой муж – жестокий человек, и его жена не должна перечить ему. Иначе в лесу можно оказаться намного раньше, поэтому я пошла одеваться.

Глава 42.

За все время пребывания здесь я впервые покинула пределы дома. По территории, окруженной высоким забором и охраной, мы гуляли с сыном каждый день – благо, площадь округи не ограничивала нашу с Богданом свободу перемещения. К территории дома прилегал даже некоторый участок леса.

Несмотря на красоту рядом, я старалась не отвлекаться от Богдана ни на минуту, но сегодня я была рада выйти куда-то за пределы нашего обитания.

Я оделась в длинное платье – ниже колен. Волосы заплела в косу. Погода стояла жаркая.

- Ты готова?

Руднев торопился.

А еще волновался. Напряжение так и повисло в воздухе.

Я кивнула, и тогда Руднев направился в детскую – прогулка намечалась семейная, с сыном. Когда Артем сказал, что мы идем на прогулку с Богданом, от сердца отлегло. Я по-прежнему боялась находиться с Рудневым наедине.

В лесу я дышала глубоко и часто – хотелось надышаться свободой. Без охраны. Без высокого забора. Без ограничений.

Тем временем по вечерам все еще было светло, а солнышко грело легко одетое тело. Это лето проходило в заточении, но я совсем забыла об этом, отдаваясь Богдану целиком и полностью. Я возвращала потраченное время, стремясь стать ему мамой, а не быть лишь женщиной, его родившей.

Руднев тихо начал разговор:

- Наталья сказала, что ты уже в состоянии справляться сама. Ты старательна. Никто не заменит твою любовь к нашему ребенку, и я бы хотел…

- Ты, наконец, это заметил?

Говорю прежде, чем думаю. И мы оба останавливаемся в немом вопросе друг к другу. Я поднимаю взгляд, уверенная в том, что увижу в его глазах злость и агрессию.

Я никогда не смогу простить его.

И он читает это в моих глазах.

- Лучше оставить семью, чем ею рисковать, - недовольно поджимает губы, - я не знал, удастся ли мне выжить.

- Ты заставил незнакомую тебе девушку… принудил…

Руднев хмурится. Я напомнила ему о нашей первой ночи.

- Вот этого не надо, Аля. Принуждения не было. Был договор. А это разные вещи, - стреляет в меня взглядом.

Я прикрываю глаза. Лес и природа были слишком хороши для такого откровенного разговора.

- Стремление к продолжению рода – это естественный процесс.