Кэтрин всегда была беззаботна, но сознаюсь, особенно это проявилось в выборе ею места смерти. В общественном месте.
— В общественном? — переспросила Фредерика.
— Ну, дорогая Люси сделала свой дом открытым для всех нас. Боюсь, мы все слишком злоупотребляли этим. Но она была неутомима… неутомима.
— Я слышала об этом, — холодно ответила Фредерика и потом продолжила: — Боюсь, мне необходимо заняться запасами книг. Вы хотите что-нибудь конкретное? У меня в библиотеке есть несколько интересных новинок.
— Нет. Нет. Я читаю юридические журналы, и этим моё чтение ограничивается. Только иногда для отдыха беру какой-нибудь триллер.
— Ну, у меня есть два-три новых.
— Нет, Фредерика, не сегодня, — и когда она встала, он торопливо добавил: — Но, может, я прихвачу один перед уходом. Вы ведь не торопитесь выпроводить гостя?
— Простите, если я показалась вам невежливой, — устало ответила Фредерика. Она снова села, но с такой явной неохотой, что Джеймс всё-таки медленно встал и достал из потайного кармана большие золотые часы.
— Боже, рабочее время уже вышло. Вероятно, вы соблюдаете часы работы, не то, что дорогая Люси.
— Нет. Вовсе нет. Всё в порядке, — сказала Фредерика, думая, что же ему всё-таки нужно. Ведь все новости он узнал раньше, чем остальной Саттон.
И тут, к её удивлению, он неожиданно предложил:
— Вы занимайтесь своими делами. «Запасами книг», как вы сказали или чем там ещё. А я тут просмотрю книги про убийства.
— Ну, хорошо, — после недолгого колебания согласилась Фредерика. Что же ему нужно? — Я думаю, вы знаете, где они.
— Знаю, — он кашлянул. — У вас, должно быть, выдался тяжёлый день. Не хотите ли поужинать со мной в гостинице? У меня тоже день был трудный. Я даже не смог уехать в Ворчестер. Всё из-за этого дела.
Фредерика повернулась и посмотрела на тяжёлое красивое лицо. «Неужели в этом дело? — подумала она. — Хочет поволочиться за мной, как за остальными? Или хочет узнать, что рассказал мне Питер, и что я вообще знаю. Должно быть, сведения ценные, если он согласен заплатить за ужин. Слава Богу, у меня на столе лежит книга записей».
— Нет, — быстро ответила она… слишком быстро, как поняла сразу, увидев его сердитое выражение. Он нахмурился, шея и лицо по бокам покраснели. Руки его сжали ручки кресла, хотя только что лежали спокойно."
"— Я слишком устала, чтобы выходить, — в неожиданном приступе паники только и смогла пояснить Фредерика.
— Поем чего-нибудь лёгкого и рано лягу спать… если вы не возражаете, — в смущении и тревоге она не могла остановиться.
— Я понимаю, Фредерика, — мягко ответил Брюстер.
— Не буду задерживать вас из-за книг сегодня. Мне не к спеху.
Она осмелилась посмотреть на него и, к собственному изумлению, поняла, что его неожиданный гнев прошёл так же, как и гроза снаружи.
