Скрестив руки на голой груди, я прислоняюсь к дверной раме и смотрю, как она забирается под одеяло. Ну уж нет, тут она не останется.

— Тебе, наверное, уже пора.

Я поднимаю ее платье с пола и держу его перед собой, чтобы она не видела выражения моего лица — некоторые мои майки больше, чем это. Безусловно, на ней оно смотрелось великолепно. Я подметил её сиськи и задницу в тот момент, когда она прошла мимо нашего столика и окинула меня трахни-меня-взглядом.

Я бросил ей платье. Это все, что на ней было — ни лифчика, ни трусиков.

Черт, это должно было заставить меня задуматься, нет?

Я натягиваю боксеры обратно и упираю руки в бока, наблюдая за ней.

Я почесываю голову. Покачиваясь с ноги на ногу, я пару раз стучу по ладони кулаком, выщелкивая при этом языком ритм и жду, пока она, блять, что-нибудь сделает.

Как же это неловко.

— Можно я здесь переночую? — наконец пищит она.

Опять этот вопрос. Я слышу его каждый раз, даже и не знаю, почему. Потому ли, что они искренне хотят остаться, или потому, что каждая женщина, с которой я общаюсь, втайне надеется, что именно она изменит взгляды Картера Беккета и заставит меня остепениться? Иногда мне кажется, что существует призовой фонд для победительницы.

О, подождите, так и есть. Приз — восьмизначная зарплата капитана команды «Ванкуверские гадюки».

Мой ответ всегда неизменен.

— Я не ночую с девушками.

— Но я… — вздрагивает ее подбородок, а в глазах появляются слезы.

— Я думала, мы хорошо поладили. Думала, может быть… я думала, что нравлюсь тебе.

— Мы классно провели с тобой время сегодня вечером, — справляюсь я, проводя рукой по затылку. Секс был на твердую семерку из десяти. — С тобой было весело."

"Тот факт, что я говорю об этом в прошедшем времени, должен был указать на то, что все кончено, на этом мы расходимся и, скорее всего, больше никогда не увидимся, но вместо этого происходит абсолютно обратный эффект.

Ее лицо расплылось в широкой, яркой улыбке.

— Может быть, мы сходим на свидание?

Боже, ну серьезно…

Я еле сдерживаюсь, чтобы не хлопнуть себя ладонью по лицу. Вообще-то, нет. Я все же медленно провожу рукой по лицу, прежде чем убрать ее, пытаясь подавить вздох отчаяния. Хотя бы так.

— Мы живем в разных странах, — черт, даже не на одном побережье. Мы буквально далеко настолько, насколько это вообще возможно — она во Флориде, я в Ванкувере.