Мы касаемся друг друга снизу. Сжимаю ее бедра, член скользит по горячей плоти. Тела дрожат от нетерпения, теплая вода льется на нас сверху, течет по ее приоткрытым губам и я облизываю их.
— Я люблю тебя, — со стоном вдавливаюсь в неё.
— Я люблю тебя…
И прижимаясь губами к ее шее, я медленно двигаюсь. Кайфуя от того, как остро может чувствоваться близость. Как сладко, полноценно и целостно.
Ведь ничего принципиально иного в наших движениях нет. Просто секс…
Но ощущения!
— Андрей… — рисуют ее коготки по моему затылку, спускаясь к шее.
И я зажмуриваюсь от удовольствия.
— Моя Мавочка… я тебя никому не отдам…"
"В какой-то момент медленной ласки становится очень мало и ее зубки становятся снова агрессивными, а стоны требовательными. Пальчики нетерпеливо сжимают меня.
Мы оседаем вниз и она снова оказывается сверху, оседлав мои колени. Красивые кисти, скользят по мокрому стеклу душевой. Вжимаюсь лицом в упругую грудь, трахая ее снизу сам.
— Так?…
— Так… — закидывает голову, приоткрывая фигурные губки.
И меня уносит от этого вида охрененного.
— Ах, Мавочка моя… давай… — сжимаю ее жесче. — Всё…
Перехватывает моё лицо ладонями, внимательно вглядываясь своими осоловелыми от удовольствия глазами.
И я кончаю, закусывая губы и стараясь не закрывать от удовольствия глаз. И вижу как ее сносит следом. Опять после меня. И теперь она старается не закрывать глаз, а я уже наслаждаюсь тем, как горячо выглядит ее удовольствие.
Целую податливые губы.
— Ты тест сделала?..
— Мхм…
— Капитан Зольников.
— Слушаю, товарищ полковник!
Мой полкан сегодня лютует. Принесло же!
— Что за женщина у тебя в кабинете?
— Это свидетель по делу Мансурова, товарищ полковник.
— Да? А мне сказали некто Зольникова.
— Да. Зольникова Варвара. Внучка Феоктистова. Свидетель.
— Зольникова?… По мужу? Однофамилица твоя теперь, что ли?
— Почти.
— А чего она спит, капитан?
— Всю ночь записывали свидетельские показания, — пожимаю я плечами. — Вырубилась.
— Подожди. А как это — «почти»?
— Товарищ полковник! — подходит Сергей. — Все в сборе, только Вас ждем.
— Иду.
Хмурясь смотрит он на меня. Сергей всовывает ему в руки пачку документов.
— Что ты мне их суешь, майор! — отталкивает он. — Устный краткий доклад делай! Некогда мне твои поэмы читать. Зольников свободен.
Мы растерянно смотрим с братом друг на друга.
— Капитан — свободен! — раздражаясь уточняет полковник. — Майор — в конференц-зал, на доклад.
Уходят.
Телефон. Полковник Зольников.
— Да?
— Капитан. Ты ориентировку видел?
— Видел. Я ее сейчас отменю. У меня документы есть о вменяемости Варвары. Наши психологи сделали.
— Нет, не отменишь, Андрей. С верху позвонили, и очень демократично попросили «собственность» Мансурова вернуть. Иначе тебя начнут закапывать. Не по службе.
