Минут через десять кромешная чернота начала понемногу высветляться. Его глаза наконец привыкли. К колбочкам и палочкам – рецепторам сетчатки – вернулась чувствительность. Впереди, на расстоянии, не поддающемся определению, – может, в сорока футах, а может, и в сорока милях от него, – замаячила угольно-черная стена. То тут, то там из темноты стали вырастать неясные силуэты. Но из них всех Демарко заинтересовал только один – поднимавшийся к небу, как обелиск, как маяк без огня, обветшалый маяк надежды.

Сержант теперь уже улавливал запах озера. И аромат сырой земли, так похожий на запах секса. И слышал тихий шум волн, накатывавших на валуны. Мягкая тьма разбивалась о твердую тьму, вздохи – о стоны, слезы грусти – о горе и скорбь."

"Демарко не столько увидел, сколько почувствовал близость ограждения – настолько черна стала вдруг ночь. На небе не было ни звезд, ни луны – один кромешный черный полог. По какому-то внутреннему наитию сержант вытянул вперед руку и вскоре ощутил, как ее обдает холодком металлической сетки – совсем не таким, как зябкость окутывавшей его ночи. Он замедлил шаг, но не остановился. И через несколько секунд его ладонь коснулась сетки из толстой проволоки.

По словам мальчишки, через сетку нужно было перелезть. Но что, если по ее верху протянута колючая проволока или какие-либо другие защитные барьеры? Демарко поднял глаза вверх, но увидел лишь темноту.

Сетка тихо задребезжала, когда он схватился за нее и оттолкнулся от земли. Дожидаясь, когда шум рассеется, Демарко повис неподвижно на сетке. И вскоре почувствовал боль в пальцах рук. Паренек сказал, что высота ограждения не превышала восьми футов. Рост Демарко был всего на два дюйма меньше шести футов. И висел он в полутора футах над землей. Так что край сетки находился всего в нескольких дюймах над его головой. А если по ней тянулась колючая проволока, тогда на фут выше.

Демарко провел левой рукой по верху ограждения. Округлую металлическую перекладину обвивали только петли сетки. И никаких шипов или колючей проволоки там не было. «Слава Тебе, Господи, за помощь!» – подумал сержант.

При каждом его движении сетка снова испускала скрип, и Демарко нервно вздрагивал: «Что, если Хьюстон услышит его?»

Наконец он залез на ограждение и уселся на перекладине. Маяк приобрел более четкие очертания. Сердце Демарко забилось быстрее, плечи свело болью. Как можно аккуратней он перекинул вторую ногу через перекладину и, вцепившись в нее пальцами, опустил тело вниз и повис. До земли от его ступней было не больше пяти дюймов. Если только сетка не тянулась по обрыву утеса. «Нет, это невозможно. Тогда бы маяк висел в воздухе!»

Демарко помедлил еще пару секунд, потом велел себе не глупить, разжал пальцы и упал вниз.