Все бросают на меня оценивающие взгляды, они не кажутся мне добрыми или нейтральными. Только Кэнди и Стефани мило улыбаются. Пару минут позора и учитель переводит всё внимание класса на себя.

Я люблю английский, но сейчас мне гораздо интереснее изучить обстановку среди одноклассников, поэтому одним ухом слушаю мистера Швимера, а другое использую как локатор для сбора информации. Блондина-футболиста зовут Стив, и он полный дебил, ну правда. В его голове три извилины: одна позволяет ему грызть ногти, не откусывая себе пальцы, вторая — играть в футбол, а третья — судя по постоянным пошлым и тупым шуточкам отвечает за размножение.

Ботаника зовут Бобби Тёрнер, и он явно тот еще задрот. Не подумайте плохо, я нормально отношусь ко всем книгоманам, но некоторые кадры меня сильно пугают.

Ди Каприо на самом деле зовут Люк Моринг, и он довольно умен, но к концу урока парень так и остается в лиге ХЗКТ. К слову в эту лигу попали еще 6 человек: 2 парня и 4 девушки, к готам-неформалам +1, к ботанам +2. Еще образовалась мини-группа из двух серых мышек.

— Запишите домашнее задание: прочитать первую часть произведения Виктора Гюго “Отверженные” до главы семь: “Дело Шанматье”, — в завершение урока говорит учитель, затем резко закрывает свой блокнот, хватает портфель и выходит из класса.

— Эй, новенькая, какое там дело?

Я вздрагиваю от неожиданности и оборачиваюсь, бросая пугливый взгляд на собеседника. За весь урок мне ни разу не довелось посмотреть назад, и только сейчас я понимаю, что мятные глаза всё это время смотрели на мир из-за моей спины.

— ШАН-МА-ТЬЕ.

Надеюсь, он не подумает, что я считаю его идиотом. Ладно, уже же сказала по слогам, ничего не изменить.

Шатен записывает за мной в тетрадь, а после поднимает голову и его уста растекаются в улыбке чеширского кота.

— Майкл!

— Сара.

Линейность времени? Да, да, как же! А как вы объясните, что за полсекунды можно взлететь куда-то к облакам и дальше в космос, прокричать: “Охренеть, какие у него глаза!” и вернуться обратно в класс. Моё сердце забыло свое предназначение, пока его хозяйка с полной тишиной в грудной клетке собирала вещи в сумку, и снова начало биться только когда я вышла из класса.

***

Большая перемена.

Согласно своей тактике я выбираю нейтральное место для обеда в столовой, сажусь одна.

— Сара, можно к тебе?

Перед моими глазами снова Кэнди Нельсон. И, увы, я этому не рада. Спросите почему? Моя мама всегда говорит: “Избегай людей, которые первые летят к новеньким и навязывают свою дружбу, с такими всегда что-то не так”. За пол дня я заметила, что Нельсон общалась только с ХЗКТ №2, кстати его зовут Дерек, никаких других друзей и подружек и рядом не было. И это очень подозрительно, не похожа она на одиночку.